Разглядеть ее бело-голубое платье оказалось не такой уж и проблемой. Эльфийка, как и раньше, держала ее при себе. В самом центре последнего построения, ничем не напоминавшего ту гордую артель дварфов, с которой они начинали сражение. Сколько их в сумме? Всех? Не больше десятка, если я не ошибаюсь, а раз так, можно рискнуть.
Мне же было совершенно наплевать на них всех. Соня. Она должна быть рядом с эльфийкой, а значит, у меня есть шанс уже сейчас освободить ее, вырвать из лам рабовладельца. Всего и надо — прикончить уродину, а потом уволочь сестренку в подземелье. Там, в безопасности, я смогу спокойно искать способы снять ошейник. Мне это все равно понадобится.
— Вместе! Строем! Выдавим этих ублюдков! — скомандовал глава оставшихся в живых дварфов. — За наших павших братьев! За то, чтобы стать героями! Вперед!
— Предательница, — умирая, захрипел тот, пуская изо рта кровавую пену. — Будь ты проклята. Все узнают. Весь твой род умрет.
— Плохо, — разочарованно поморщился я, развеивая крошечных человечков с кошачьими ушами. Можно было использовать их во время пожара, пока враг не видит. Иначе меня быстро раскроют и, кто его знает, что смогут противопоставить в сложный момент. — Тогда по-другому. Ты можешь накопить столько силы, чтобы ударить сразу после наступления холода?
— Стерва драная, когда у тебя уже стрелы кончатся? — выругался я, прикрываясь телом уже бездыханного дварфа. От отряда противника почти ничего не осталось. Но и союзники у меня резко закончились. Выглянув из укрытия, я обозначил для себя единственную не залитую водой дорожку и бросился вперед.
— Вскоре будешь бегать ты, монкей! — проорала эльфийка, едва заметная через яркие языки поднимающегося пламени. — Испытание спасло тебя, больше такого не повторится. Мы знаем твои слабости!
— Все, — устало сказала Веста, возвращаясь в сердце. — Теперь мне нужно несколько часов отдыха, я даже подзарядиться не смогу. Божественный огонь слишком непредсказуем.
Стоило ветру чуть улечься, и я, собрав комок лавы и перекидывая его из ладони в ладонь, прицелился в стоящую метрах в десяти лучницу. Ту самую, что ятаганом отгоняла от себя прежних товарищей. Она была не только в центре поля, но и на перешейке, ведь дварфам пришлось зайти на нашу половину, чтобы выжить. Вернее, на захваченные в середине прошлого раунда две трети.
— У меня и так никого не осталось из-зав вас. Придурки, — зло ответила девушка.
Они двигались одной большой группой, прикрываясь щитами от любого нападения и засыпая нас стрелами, появляющимися из ниоткуда. Вынужденно избавившиеся от брони рабы падали, пораженные со спины, им приходилось оборачиваться, ища угрозу с ненормальных сторон. Их оружие оказалось поломано, а силы стремительно подходили к концу.
— Нужно утащить раненых в подземелье, — нехотя сказал я, понимая, что это может быть их последний шанс на спасение. — Справишься?
Но сдаваться я не собирался. Пар поднимался все выше, быстро светлея, я же припал к самому камню, оценивая ситуацию. Враги не спешили сражаться, пусть их и подгоняла эльфийка, они были вымотаны, дезориентированы и куда больше хотели жить, чем действовать. Даже под градом ругани дварфы передвигались осторожно, а хоббиты и гномы и вовсе ковыляли, не отрываясь от рыцарей.
— О… ты верно понял природу элементарной магии, — одобрительно улыбнулась огненная фея. — Мы можем создавать свои стихии из ничего, но это требует колоссальных затрат энергии. Даже простой прорыв на элементарный план может стоить нам всех душевных сил. Многие умирали, перенапрягшись и не осознав степени усталости. Другие впадали в тысячелетнюю спячку. Но когда рядом уже есть эта стихия, действовать куда проще. Мы лишь усиливаем и перенаправляем ее.
— Потом разберемся. У нас все катакомбы в распоряжении. Уверен, там что-нибудь найдется. А пока займись ранеными, а я теми, кого нужно добить, — с этими словами я бросился вперед, наклоняясь как можно ниже, едва не к самым сугробам, и лавируя между открывшимися гейзерами. Несколько капель воды — и я окажусь частично парализован, а такого допускать нельзя.
— О боги, нет, конечно. Пламя божественной природы, а мы элементальной, — нетерпеливо объяснила фея огня. — Хоть и имеем сопротивление — нас уничтожит. Я смогу переварить некоторое его количество, но на большее рассчитывать не приходится.
— Сделай так, чтоб я попал. Если будет пролетать мимо — взрывай в воздухе, — сказал я Весте, не обращая внимания на ее мысленную брань. Сожительница мне досталась со скверным, огнеопасным характером, но сейчас это только на руку. Размахнувшись, я послал вспыхнувший в воздухе снежок прямо в противницу. Увидевшая это лучница грациозно выгнулась, пропуская снаряд мимо, и ей почти удалось избежать брызг.
