Лица пойманных в ловушку дварфов мгновенно превратились в кровавое месиво, но и заплатить за это пришлось немалую цену — двое уже не поднялись. Цель раунда — сокращение популяции испытуемых — была выполнена за считанные секунды, и от сорока осталось тридцать. На этом можно было закончить, вновь создав безопасную зону, вот только пересчитав столбы света, я понял — их всего двадцать. Похоже, Играющему богу надоело однообразие, и он решил разом пропустить несколько фаз, приступив к финальной. И к такому повороту событий я был не готов.
— Бей! — приказал я, показывая на беззащитных полуросликов, оказавшихся близко к нашему тылу. Как они туда попали? Портал и невидимость? Уже неважно. Заметившие лазутчиков рабы ударили со всей силы. Фавн, у которого в руках остался только обломок копья, не больше двадцати сантиметров длиной, насадил одного из воров на рога.
Дальше я уже не слушал. Фее вылететь сейчас в туман было равносильно самоубийству. Даже моему телу, на значительную часть состоявшему из стихии огня, пришлось несладко. Что же говорить о ней, слепленной из огня полностью? Пришлось деактивировать атакующую форму, оставшись с голыми кулаками против скрывающихся в облаках пара противников.
Бывшим рабам объяснять ничего не пришлось. Ненависть, скопившаяся за годы унижений и побоев, выплеснулась наружу. На тройку дварфов со всех сторон обрушились копья, заостренные деревянные колы и избавленные от насадок топорища. Да, против стальных доспехов, полностью прикрывающих тело, они были почти бесполезны, но закаленные в бойцовых ямах гладиаторы знали куда ударить так, чтобы врагу стало плохо.
Еще рывок, перехватив древко, я бросил противника через себя и ударил эльфийку горящим кулаком, но достал лишь воздух и быстро закрывающийся за ее спиной портал. Дварфы, понявшие, что их предводительница вновь слиняла, бросились врассыпную, к спасительным кругам. До Сони вновь было больше пятидесяти метров. Она стояла за пеленой пламени на отдельном круге, а рядом с ней в своих спасительных зонах топтались два эльфа и гном.
Над ареной вновь начал подниматься пар, закрывая для стрелков цели и значительно снижая мою скорость. Атакующая форма выжирала все, что мне давали либлины, и огоньки на теле быстро начали тухнуть, но все же я сумел добраться до следующей безопасной точки, выбросив бесполезное тело дварфа на середине пути.
— Нет. Слишком долго и рискованно. Мы должны избавится от центра сейчас. Хм. А знаешь… попробуем. В самом деле, ты же повелеваешь только тем, чего можешь касаться? За исключением взрыва лавы?
— Веста, готова? — спросил я, глядя на мнущихся и переступающих с места на место вояк.
— Ладно. Черт с ним. Тогда будем играть в снежки. Не смотри на меня как на идиота. Естественно, не снегом, а лавой. Хотя тогда это уже горячая картошка получается. Хм. Я начал, как ваш играющий бог, детскими играми мыслить? Неважно. Смотри сюда, я подгребаю лаву, она чуть остывает, а потом за мгновение до броска ты разогреваешь ее снова. Сможешь?
Кивнув, я сунул ногу в огонь и тут же отдернул ее, загребая убийственную для остальных массу. На моем здоровье она тоже положительно не сказывалась, но магия камня и огня позволяла, превозмогая боль, использовать медленно остывающие куски пышущей жаром лавы. К тому моменту, как ледяной вихрь обрушился на арену, закрывая метелью все поле, я уже знал, где и на каком расстоянии находятся враги.
— О боги, а я-то действительно поверила, что ты понял. Еще раз. У него другая природа! Я не могу им управлять, — объяснила, мгновенно вспыхнув, Веста. — Но стоит играющему богу перестать вмешиваться, и лава вновь станет обычной, как и огонь от нее. Тогда да.
— Огненные шары сметет вверх и растворит еще на подлете, так что я ни до кого не достану. Устроить еще одно извержение? — задумчиво спросила Веста. — Это возможно, но толку будет немного. Ведь сейчас противники разделены, лучше дождаться, пока они вновь соберутся вместе, и тогда ударить.
Только что рвавшиеся в бой дварфы затормозили, поняв, что обманный маневр не удался. Теперь нас осталось двенадцать на двенадцать, и у врага заканчивались стрелы. Легче, правда, мне от этого не было. Я очутился на острие копья, прямо перед строем врагов, да еще и окруженный вновь начавшим таять льдом и снегом, на которые у меня приобретенная летальная аллергия.
— Иллюзия! — крикнула хоббитка, с которой мы вчера пили. — Я чувствую магию обмана!
— О боги. Стоит ли их спасать? — фыркнула Веста. — Они ранены, и вообще непонятно, выживут или нет. К тому же чем ты собираешься их кормить, поить. Где они будут спать?
— Точнее! Место? — ответил я, подбирая последний приготовленный снаряд. Два предыдущих дварфы поймали на щиты.
— Тоже мне, энергосберегающие технологии, — хмыкнул я, пытаясь сквозь ревущее пламя рассмотреть происходящее на соседнем участке. — Спасибо за похвалу, а теперь серьезно. Огня здесь в достатке, что если чуть-чуть изменить его поток? Направление.
— Вперед! Бейте тех, кто пришел к нам! — крикнул я, взяв в руки второй снаряд. — Не дайте им прорваться к своим!
