– Но ты еще можешь искупить свою вину рассказом о том, что именно сегодня напророчила жрица Кристалла Великого и Благостного и как она умудрилась впасть в транс на прогулке.
– О, рецепт прост, но вряд ли кто-то захочет его испытать на себе, – таинственно протянул принц, предвкушая увлекательное повествование.
Элия нахмурилась и погрозила брату пальцем. Тот показал сестрице язык, но все-таки завершил фразу:
– Мы играли в прятки. Ижена и Бэль лазили по деревьям. Наш грозный брат, разумеется, я имею в виду Нрэна, узрел сие безобразие и решил отшлепать девицу за непристойное поведение. Она же вместо того, чтобы рыдать и молить о пощаде, взяла, да и выдала ему пророчество. И поделом! – восторженно заключил принц с мстительной ухмылкой на узких губах. – Видела бы ты рожу Нрэна! Его так перекосило, словно любимый меч в нужник уронил.
– Догадываюсь, кузен всегда терпеть не мог гадалок. Но боюсь, рецепт изготовления пророчеств подходит только жрице Кристалла Авитрегона, на Бэль, например, он не действует. Мало ли ее Нрэн шлепал, – печально улыбнулась принцесса и спросила: – Но что именно изрекла Ижена? Можешь воспроизвести дословно?
– Я похож на склеротика? – моментально обиделся Джей, заподозренный в том, что не сумел запомнить нескольких строчек.
– Пророчества не всегда остаются в памяти тех, для кого не были предназначены, – терпеливо пояснила свою мысль принцесса.
Теперь уже насторожился принц. А ведь верно, Бэль, даже когда осталась с братом наедине, больше не вспоминала о стишках подруги и не сыпала вопросами. Прикусив губу, бог мысленно повторил слова, которые накрепко запомнил, и, вздохнув с облегчением, процитировал, стараясь подражать завывающим интонациям жрицы:
– Ого! – выдохнула глубоко пораженная принцесса. – Еще одно!
– Что? – моментально переспросил бог, охочий до новостей не меньше Рикардо.
– Я думаю, это второе пророчество, как и первое, изреченное Иженой, тоже о Джокерах, – пылко ответила богиня, и ее глаза фанатично загорелись. – Они не названы прямо, но упомянутые тобой понятия Триада и Колода характерны только для немногочисленных известных пророчеств о Джокерах. Их еще называют козырными картами Колоды Творца.
– А первое? – опасно прищурившись, уточнил принц. – Кажется, сестрица, ты забыла упомянуть о какой-то малости?
– Ты слышал второе и запомнил его. Думаю, не будет вреда, если я прочту тебе первое, – решила Элия. Богине очень хотелось обсудить услышанное с кем-нибудь, и ее магическое чутье не имело ничего против кандидатуры Джея. – Ижена, едва ступив на землю Лоуленда, произнесла его перед Мелиором, Энтиором и мной. Слушай!
Джей молчал несколько минут, укладывая в памяти первое откровение жрицы, а потом в легком замешательстве, прикрытом легкомысленным тоном, обратился к Элии:
– Сестрица, скажи, а Ижена впервые разразилась прескверными стихами о Шутах именно в Лоуленде или и в храме время от времени выдавала подобные вирши?
– В том-то и дело, что нет, – веско ответила принцесса, довольная верно поставленным вопросом. – Она и раньше обладала даром прорицательницы, но весьма слабым. Я говорила с Высшим варом Монистэлем. Эльф уверил меня, и я склонна полагаться на его слова, что все прежние пророчества Ижены были четко привязаны к Жиотоважу и касались его внутренних проблем.
– Но тогда почему жрица изменила своему обыкновению? Я не пророк и не толкователь пророчеств, может, все дело в силе нашего мира? – принялся рассуждать вслух бог, потирая подбородок.
– Или в том, что Силы сплели судьбы так, чтобы в нужное время в нужном месте оказалась та, которая способна воспринять откровение, и те, кто способны его услышать, – закончила за брата Элия, более сведущая в пророчествах и немало времени посвятившая исследованию особенностей этого вида «творчества». – Подходящие уста еще не главное, не менее важны и уши.
