— Что мне… — Не договорив, она качнула головой. — Нет. Было бы проявлением чрезмерного себялюбия просить что-то только для себя одной. В конце концов, я ведь верховная жрица и личный советник самого короля. — Она нежно погладила шкатулку и лукаво усмехнулась. — Что нужно мне и… жителям Искандара? — Лукавая усмешка превратилась в широкую ухмылку. — Таким образом, если мне суждено умереть, то такая же участь постигнет и всех жителей Искандара!
Пока я безмолвно размышлял над тем, насколько щедрой оказалась просьба Третии, неожиданно открылся один из ящичков шкатулки. Я и два стражника вытянули шеи, желая увидеть, что же находится на его дне. Третия, с озадаченным выражением лица, посмотрела в том же направлении:
— Что там, Корвас?
Я сделал шаг вперед и взглянул на ящичек. В ту же секунду я вознес хвалу мудрости богов и одновременно самым богохульственным образом чертыхнулся, испытывая недовольство из-за того, что едва не лопнул от смеха. Не будет теперь никаких дворцовых интриг, поскольку с этой минуты никто не будет наушничать верховной жрице. Также и она больше никогда не сможет даже приблизиться к королю. Навсегда исчезнет и ее былое влияние на монарха, и ярмо страха упадет с шеи Искандара, а люди получат все, что им нужно. Когда власть Третии пойдет на убыль, то существенно возрастут ее шансы развить в себе смирение. Таким образом, и верховная жрица, и народ обретут то, что им действительно нужно.
— Они удивительно вкусные. Попробуйте, ваше преосвященство! Они называются орехи бата. Третия недоверчиво протянула мне шкатулку:
— Сначала ты попробуй!
— С удовольствием, ваше преосвященство! — Я потянулся к открывшемуся ящичку.
— Закрой глаза, пес!
— Конечно. — Я закрыл глаза, вытащил из шкатулки орешек и бросил его в рот. Увидев, что я старательно жую орех, Третия попробовала предложенное мною угощение. Ее брови удивленно взлетели вверх.
— Как вкусно! Изумительно вкусно! Прелесть!
Третия бросила в рот еще один орешек, и в то же мгновение два стражника попятились от нее прочь.
— Это настоящая пища богов! — Жрица пересыпала содержимое ящичка себе в ладонь и принялась один за другим поглощать орехи бата. — Мне нужно еще, Корвас! — Третия открыла еще один ящичек, который оказался доверху наполнен орехами.
— Принесите мне большую чашу! — распорядилась Третия.
Стражники со всех ног бросились выполнять ее приказание. Когда мне показалось, что они явно задерживаются, я снял шлемы с валявшихся на полу отрубленных голов, которые все еще продолжали щелкать зубами, и помог Третии наполнить их орехами. Шкатулка выдала нам столько орехов, что их хватило, чтобы наполнить целых четыре шлема. Затем верховная жрица встряхнула божественную шкатулку.
— Она пуста! — Третия посмотрела на меня, продолжая при этом отправлять в рот один орех за другим. — Но меня это не остановит! Ни за что! Мне нужно еще!
— Ваше преосвященство, если вам действительно пришлись по вкусу эти орешки, я знаю, где можно их достать. Но для этого мне потребуется несколько недель.
— Отравляйся за ними! — Она извлекла откуда-то из складок одежды кошелек и бросила его мне. — Только посмей поскупиться на расходы!
Третия ухватила очередную пригоршню новоявленного деликатеса и собралась было съесть еще один орех, когда в подземелье проскользнула одна из ее преданных шепчущих «ящериц». Подручный Третии приблизился своей властительнице и замер метрах в трех от нее. Жрица требовательно щелкнула пальцами:
— Ну?! Чего ты хочешь?
Шептун настороженно посмотрел на меня. Его лицо прямо у меня на глазах принимало желто-зеленую окраску. Казалось, что сейчас его вырвет.
— Смиренно… приношу свои… нижайшие извинения, ваше преосвященство. — Он попятился и, сделав паузу, добавил: — Похоже, я забыл, что хотел вам сказать. — С этими словами он поспешно выбежал из помещения.
— Странно, — заметила Третия. — Впрочем, не стоит обращать на это внимания. Отправляйся. Если ты не принесешь мне еще орехов, то в мире не найдется такого места, где ты смог бы спрятаться от моего гнева.
— Я принесу вам их, ваше преосвященство! Можете всецело положиться на меня. Можно мне забрать мою шкатулку?
— А ты уверен, что та, которую сделаю я сама, будет работать как положено?
— Да. Даю вам свое слово.
— Если твое слово окажется ложью, то я прикажу вырвать твой лживый язык!
Третия на какое-то время задумалась, затем кивнула и сжала пальцы в кулаки, как будто в попытке заставить себя больше не есть столь понравившиеся ей орехи.
— Забирай! Я прикажу, чтобы мне сделали такую же, вернее, другую, не такую уродливую, как эта. Будет работать шкатулка из кованого золота?
— Конечно, ваше преосвященство.
Третия подняла брови:
— Тебе нужно еще что-нибудь?
Как я уже заметил в самом начале моего рассказа, я постоянно занимаюсь поисками новых возможностей увеличения моего состояния. Сейчас такая возможность сама шла мне в руки, и я решил не упускать случая и воспользоваться ею.
— Не будет ли излишней смелостью с моей стороны, если я попрошу у вас одну из этих клацающих зубами голов?
Третия посмотрела на пол, съела еще один орех и пожала плечами:
