– Жаль, – обронила Света. – Я бы не прочь подвергнуть себя какой-нибудь опасности. – Она поднялась с дивана и быстро прошла к туалету. – С вашей стороны, разумеется, – добавила она, прежде чем закрыть за собой дверь. Но дверь тут же открылась снова. – Опасности, которые идут от Андрея, мне уже наскучили.
– Теперь, Равиль, ты знаешь, почему у нас со Светой такие отношения, а не другие.
– По-моему, у вас прекрасные отношения, – с лукавой улыбкой ответил колдун, маг и ясновидец.
– Прекрасные – да. Но не больше. На более близкие у меня нет сил. Я просто помру.
– Ха! Размечтался! Помрет он, видите ли! – сказала Света, входя на кухню и снова усаживаясь на диван. – Не помрешь. Ты будешь еще долго-долго подыхать. По мне, естественно. А что может быть для настоящего мужчины выше и желанней, чем подыхать по красивой женщине?
– Есть кое-что и повыше.
– Боже! Что же это?!
– Подыхать по еще более красивой женщине.
– А такие есть?!
– В Коктебеле?! Навалом.
– Ах да! Я забыла, где мы находимся. – Света произнесла это как бы шутя, но обиделась, похоже, всерьез.
– Андрей, ты меня проводишь? – напомнил о себе Равиль. – О главном мы поговорили, в соседнем мире побывали, убедились, что он существует, что нас там помнят и любят... Я пойду, ребята... Вам есть о чем поговорить. Уже поздно, боюсь, Вера не пустит ночевать.
– Что?! – радостно вскричала Света. – Не пустит ночевать?! Равиль... В парке Дома творчества уже многие годы висит плакат... «Улыбнись, ты в Коктебеле!» Здесь о ночевке вспоминают на рассвете... Андрей, проводи Равиля, а на обратном пути загляни в киоск возле почты, ладно? Там наша подружка Надя до рассвета работает... А то после всех этих запредельных путешествий я, кажется, что-то не то говорила... Вы уж, ребята, простите меня. Я буду хорошо себя вести. Только, Андрей, не говори больше, что в Коктебеле есть женщины красивее меня... Ладно? От таких слов кто угодно потеряет самообладание.
– Заметано, – Андрей согласно кивнул.
– Равиль, ты не уезжаешь в ближайшие дни? – спросила Света.
– Из Коктебеля?! – ужаснулся Равиль. – Как тебе в голову могло такое прийти?!
Выйдя на площадку, Андрей плотно закрыл дверь и запер ее на оба замка, каждый раз дважды поворачивая ключ. Подъезд был темный, маленькая лампочка горела только над входом. Андрей с Равилем на ощупь спустились с пятого этажа, не видя друг друга и ориентируясь только по маленьким тусклым окошкам, которые не мыли, наверное, уже лет двадцать, с тех пор, как заселили этот дом. И только выбравшись на улицу, они наконец увидели друг друга.
– Равиль, скажи мне, если это не секрет... – заговорил Андрей. – Я сегодня пообщался с Леной... Вопрос: она действительно существует где-то рядом в том виде, в котором предстала передо мной? Или это сгусток энергии, а такой вот внешностью ее наделил я? Или она пребывает в виде какого-то излучения...
– Все предположения верны, – ответил Равиль. – И все ошибочны. Я знаю только одно – все в человеке. Все в тебе, в Свете, во мне. Конечно, что-то еще существует помимо нашего обычного восприятия... Что касается меня, я могу делать только то, что мне позволено.
– А кто тебе позволяет или не позволяет?
– Я их называю ребятами. Они не возражают. Когда я пытаюсь заглянуть за ширму, которая меня окружает, мне строго указывают на недопустимость моего любопытства. Они так и говорят... «Равиль, остановись... Не лезь туда... Может быть, когда-нибудь, но не сейчас. Ты не готов».
После этих слов оба замолчали, молча прошли мимо почты, мимо работающих еще киосков.
– Что же мимо, ребята? У меня еще столько всего осталось! – из маленького окошка выглянула кудлатая головка Нади.
– На обратном пути, – пообещал Андрей.
До дома Веры осталось идти несколько минут, и друзья прошли это расстояние не торопясь, легким прогулочным шагом.
– А знаешь, – нарушил молчание Андрей, – у меня такое ощущение, что этот тип все время где-то недалеко.
– Да, он рядом, – подтвердил Равиль. – Я с ним даже иногда переговариваюсь. Он заигрался.
– В каком смысле?
– Озорует. Как бы усмехается. Он знает, что я здесь.
– Об этом знает весь Коктебель.
– Нет, это другое...У него беспокойство, но это приятное для него беспокойство... Оно его как бы заводит. Как бывает у актеров перед выходом на сцену... По-настоящему его тревожит только Света. Он опасается, что она его все-таки сдаст.
– Но следов-то не осталось!
– Это только кажется... Они есть, они всегда есть.
– В душе? – усмехнулся Андрей.
– В душе тоже все прочитывается или, лучше сказать, считывается. Суд может не принять их как доказательства, но ты говорил, что тебе не нужны доказательства? Я правильно понял?
Они свернули с улицы Десантников к гостинице Саши Баранова «Морской конек», повернули направо и через минуту-вторую были у железных ворот Веры.
– Тебя провести на этаж? – спросил Андрей.
– Нет, не надо. Иди к Свете. Что-то мне стало неуютно... Она просила купить коньяк? Возьми бутылку и иди к ней. Придешь – позвони мне, ладно?
– Счастливо. – Андрей похлопал Равиля по спине.
