Они спустились к выходу. Оказавшись на улице, Ноша оглянулся и остановил свой взгляд на профессоре, стоявшем в дверном проеме. При свете свечи он был похож на театрального шута. «Вот нарвался на чудака,— подумал Ноша.— Нес какую-то чепуху: может быть, говорит, стал бы доктором, юристом... Нужно же сказать такое! Как я могу стать врачом? У каждого своя судьба. Мне суждено было стать карманником, вот я им и стал».
Он вытащил из кармана бумажник. В нем оказалось около ста восьмидесяти рупий. Ноша ликовал. «Чем плоха моя работа?—подумал он снова.— За минуту вон как разбогател. Правильно говорит Педро — ловкость рук и немного усердия». И довольный своей «работой», Ноша не спеша направился к «ставке».
IV
Было около полуночи, когда Ноша пришел в «ставку». Вся шайка Педро была в сборе. Никто не спал. Педро сидел, прислонясь спиной к стене. В комнате было накурено, стоял гул голосов.
— Где ты был до сих пор?—строго спросил Педро, едва Ноша переступил порог.
— В кино,— с напускной беспечностью ответил тот.
— А зачем ходил на участок устада Алла Ракхо? Ведь тысячу раз говорил, что за базаром уже не наша территория, но вы, мерзавцы... Зачем тебя понесло туда?! — Педро зло взглянул на него.— А ну, выкладывай добычу.
Ноша растерялся: откуда Педро стало известно, где он был? Но он не собирался отдавать ему деньги, поэтому упрямо повторил:
— Я в ту сторону и глаз не казал. Это, наверно, Ага Пулпили, он часто бывает там.
Ага Пулпили дремал, сидя в углу. Очнувшись, он вытянул свою длинную шею в сторону Ноши, поковырял в носу и загнусавил:
— Вот врет, сволочь, сам виноват, а на других сваливает! Весь день валяюсь с температурой, а он...
— А ну, заткнись,— оборвал его Педро и, обращаясь к сидящему рядом с ним незнакомому парию, спросил.— Это ведь был он?
— Да,— ответил тот.— Он самый. С вечера все шатался, искал кого обчистить.
Ноша удивленно взглянул на него.
— Я несколько раз дал ему понять, чтобы за «нашим» не гнался,— продолжал незнакомец.— Один раз даже шапку сбросил, но он, как дурак, только глазами хлопал.
— Ты тоже странный человек,— сказал Педро.— Какой с него спрос? Он всего восемь дней, как начал «работать», откуда ему знать такие вещи. Новичок еще...— он грубо выругался.
— Это я сразу понял.
— Зачем зря наговариваешь на меня? — вступил в разговор Ноша.— Я тебя и в глаза не видел.
— Ты помолчишь или может помочь?! — прикрикнул на него Педро.
Ноша еще по дороге сюда выбросил украденный бумажник, а деньги спрятал в манжет брючины. Ему казалось, что там их никто не найдет, поэтому он очень смело предложил:
— Не верите мне, так обыщите.
— А ты думаешь, я тебя так отпущу? — рявкнул Педро и сделал знак Чакраму.— Посмотри-ка, деньги еще у него или уже где-нибудь спрятал. Да повнимательней, видно это хитрая бестия.
Чакрам подошел к Ноше.
— Подними руки вверх!—скомандовал Педро.
Ноша поднял руки, Чакрам быстрыми, ловкими движениями ощупывал каждый шов, каждый карман, каждую складку его одежды. Педро следил за ними острым кошачьим взглядом. Не найдя ничего, Чакрам в последний раз провел руками по телу Ноши сверху донизу. Педро заметил почти неуловимую тень испуга на лице Ноши, когда руки Чакрама скользнули по его ногам.
— Поди-ка сюда!—приказал он Ноше.
Ноша повиновался. Педро, наклонившись, прощупал манжеты его брюк и вытащил пачку денег. Все изумленно разинули рты. Ноша побледнел.
— Обманывать меня вздумал, подонок! — загремел Педро.— Знаешь сколько таких, как ты, прошли через мои руки? Я лет тридцать занимаюсь этим делом. А какую школу прошел?! Мои учителя были известны в Европе! — он повернулся к Чакраму: —А ну посчитай, сколько здесь.
— Сто восемьдесят три рупии.
— Сколько должно быть?—обратился Педро к незнакомому парню.
— Да, примерно столько.
— Забирай свои деньги,— Педро отдал ему пачку.
Тот вынул из нее несколько купюр и положил перед
Педро.
— Вот тебе сорок шесть рупий из расчета двадцати пяти процентов. Не мало?
— Нет, нет! Все правильно,— ответил Педро.— Передай привет устаду Алла Ракхо. Скажи ему, парень был новичок, законов наших еще не знает. Но мы его проучим.
После ухода незнакомца в комнате воцарилась тишина. Ноша ждал, что сейчас с ним расправятся. Так и получилось. Педро, уставясь на него налитыми кровью глазами, принялся осыпать его грязными ругательствами.
— Опозорил меня, негодяй! Что скажет Алла Ракхо?! Каких учеников держит у себя Педро! Скоро это станет известно во всех шайках города. Вот как ты меня оплевал, недоносок!
Ноша сидел испуганный, низко опустив голову.
— Ну-ка, Кадыр, всыпь ему хорошенько,— приказал Педро.
Кадыр подошел к Ноше и крепко сжал его руку. Ноша вскрикнул.
— Да ты не стесняйся, посильнее,— приговаривал Педро.— Чего он орет, когда ты его еще и не трогал.
Кадыр начал выкручивать Ноше руки поочередно, то правую, то левую, затем скрутив их за спиной, навалился на него всем телом и стал бить.