— Что? — тихим зловещим тоном переспросил он.
Пришлось слегка прокашляться, чтобы ответить:
— Я туда не полезу. И точно не полечу. Это же чистое самоубийство. Эта штука ведь развалится на части в воздухе.
— Хоуп. Сюда. Быстро.
Такое впечатление, будто вокруг нас даже воздух зазвенел от напряжения.
Любой здравомыслящий человек обязательно бы исполнил приказ, который дали таким тоном.
Но это здравомыслящий, а я… я только сегодня утром была счастливой невестой, верила в любовь и дружбу, собиралась выйти замуж за любимого парня и уехать на практику в Корадей. А вместо этого я теперь стояла тут, подписав (или еще нет?) контракт на два года отработки в Мордаке. О каком здравомыслии вообще могла идти речь?
— Давайте на дирижабле, а? — тихонько попросила я и даже улыбнулась.
— Дирижабли в тридцать третий форт не летают.
— Почему?
— Потому что тридцать третий форт находится на восточной границе Мордака и до него никому совершенно нет дела! — потеряв остатки терпения, рявкнул Форест, а потом взмахнул рукой, и я буквально подлетела вверх.
Вскрикнув, я попробовала поймать юбку, которая так и норовила подняться вверх, обнажая ноги. И не заметила, как подплыла прямо к несносному магу, который легким движением руки закинул меня внутрь этой железной развалюхи, не забыв ехидно добавить:
— Добро пожаловать в кошмар, Миранда Хоуп!
Форест опустил меня прямо на кресло, которое громко и протяжно скрипнуло подо мной, вызвав опасения, что оно развалится прямо сейчас. Как и вся эта металлическая конструкция.
Вскочив, я отряхнула юбку и возмущенно воскликнула:
— Да что вы себе позволяете⁈ Вы вообще кто такой, чтобы так себя вести?
— Твой работодатель, без которого ты мне сможешь засчитать двухгодичную отработку в Мордаке, — любезно отозвался Форест, продемонстрировав мне бумажку с печатью, которую я получила от темного мага.
— Я ее не подписывала, — буркнула я.
Он повернул документ к себе, изучил текст и хмыкнул.
— Действительно. Не подписано. Поздравляю, Хоуп, у тебя появился шанс сбежать отсюда. Мой тебе совет: воспользуйся этой возможностью. Прости, доставить назад в кабинет Хангана не смогу, у меня дела. Сама доберешься как-нибудь.
Интересно, как он себе это представлял? Головной офис Шайлонских дирижабельных перевозок — а я не сомневалась, что это именно он, поскольку только отсюда могло разом выйти столько дирижаблей в сторону Мордака, — располагался на вершине Старбурской горы. Которая, между прочим, находилась в королевстве Орденберг. А то, в свою очередь, находилось в пятистах километрах от академии! И как, позвольте спросить, я должна была туда попасть без денег, одежды и прочего?
Впрочем, остановило меня не только это. Вернуться назад означало сдаться и согласиться с планом родителей. То есть смириться с изменой и сделать вид, будто все прекрасно. Ну уж нет, лучше я полечу на этом металлоломе в Мордак!
— Ну так что? — любезно спросил Форест и в его руках кроме бумаги появился еще и мой диплом. — Тебя проводить или сама спустишься?
— Спасибо за заботу, но я остаюсь, — не очень уверенно заявила я.
Форест замер, а потом, все еще надеясь избавиться от меня, произнес:
— Хоуп, ты, кажется, не поняла, что тебя ждет. Тридцать третий форт расположен на самом отшибе. Если ты хочешь найти славу и богатство, то это не тот случай. Прорывы никогда не добираются до тридцать третьего форта. Совсем. Абсолютно. Совершенно. Ни разу за все сотни лет!
Не скажу, что я расстроилась такому повороту. Славы я не искала, богатства тоже, да и с монстрами встречаться не имела абсолютно никакого желания.
— А платить будут? — поинтересовалась я.
— Да, но на этом жаловании не разбогатеешь.
— Но вы же помните, как говорили мне, что деньги мне выдадут сразу после приезда в Мордак? — напомнила я.
— Помню и не отказываюсь. Каждый по прибытию получает фиксированную денежную сумму для обустройства.
— Отлично. И жилье выделят? — задала я следующий вопрос.
— Разумеется.
— Отлично! Тогда я согласна. Давайте я подпишу вашу бумагу, и мы можем отправляться в путь.
Я ждала возражений, но их не последовало. Форест молча протянул мне бумагу.
— Приложи указательный палец к печати, — устало велел он.
Что я и сделала. Бумага была абсолютно гладкой, но стоило мне приложить палец, как подушечку что-то кольнуло, и выступила кровь. Не больно, но довольно неприятно.
— Все.
Форест принял бумагу и только потом поинтересовался:
— Чего же ты добиваешься? Деньги и слава тебя не интересуют. Так что же могло заставить молодую девушку потратить два года жизни на работу в этой дыре?
Я лишь пожала плечами.
— Свобода. Как бы странно это ни звучало, но поездка в эту самую дыру, как вы ее называете, даст мне свободу.
— Это обманчивое ощущение, — заметил он.
— Возможно.
И тут снаружи раздался приглушенный возглас:
— Все по местам! Пристегнитесь! Мы взлетаем через пять минут!
Я послушно опустилась в ближайшее кресло, которое вновь заскрипело подо мной, и схватилась за ремни. Первая попытка пристегнуть их провалилась. За ней последовала вторая. Но ремни отказывались соединяться между собой.
— Не так.