– Отлично, сэр. Давайте повторим. Адрес: абонентский ящик 652, Главная улица, Бикенибеу, Тарава, остров Оушен, Гилбертовы острова и острова Эллис. Телефон: 28657-00000. Все верно?
– Да. То есть нет. А сколько будет стоить подписка на «Нью-Йоркер», который вы, видимо, будете высылать по неправильному адресу и не в ту страну?
– Посмотрим. Это же не Европа?
– Нет.
– И не Азия?
– Нет.
– И не Латинская Америка?
– Нет.
– Понятно. Значит, «другое».
Она назвала цифру, и у меня глаза на лоб полезли. Один этот звонок обходился мне, как ВНП Кирибати. Можно было бы, конечно, подписаться, будь я британским колониальным офицером, расквартированным на Банабе в 1910 году, но я им не был и поэтому решил, что неразумно тратить кучу денег на журнал, в котором даже не знают о существовании Кирибати.
Оставшись без подписки, я обратился за помощью к другим ай-матангам на острове. Большинство из них были австралийцами.
– И что вы слышали? – спросил я. – Что за голубое платье?
Австралийцы неизменно начинали ответ со слов:
– Вы, американцы, такие пуритане.
– Да, да, – отвечал я. – Какая разница. Так что вам известно?
Они не знали ничего.
– Посмотрим, может, что-нибудь и выясню, – сказала Сильвия. – Завтра у меня встреча с британским консультантом.
В отличие от меня, жена интересовалась недавними вашингтонскими событиями без фанатизма, но ей тоже было любопытно. Это же был и ее президент.
– Про сигару я спросила, – доложила она на следующий день.
– И?.. – У меня чуть слюнки не текли в предвкушении раскрытия тайны.
– Она ничего не ответила. Но очень покраснела.
– Покраснела? То есть новость такая, что люди даже краснеют? Черт, да что же такое Билл Клинтон сделал с этой сигарой? Я сейчас умру.
Я представил, что сейчас происходит в Америке. Сексуальный скандал двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю транслируют по телевидению. Все газеты пестрят заголовками. В Интернете курсируют слухи. Журналы печатают статьи о том, что ждет Америку. Республиканцы брызгают слюной. Как мне хотелось оказаться там! Но я сидел на рифе под белым светом миллиона звезд и, глядя, как ночные рыбаки выискивают под водой осьминогов, крутил ручку коротковолнового приемника, мечтая услышать хотя бы монолог Джея Лено[46].
Я решил отвлечься от написания художественной литературы. Время от времени я знакомил с результатами своего труда Сильвию, и в целом она реагировала очень положительно.
– Хмм. очень. эээ. красочно, – отвечала она, прочитав описание дерева, на которое у меня ушло шесть недель. Но потом заявила, что мой герой похож на «карикатуру горгульи». Тогда я понял, что пора расправить крылья, и занялся правкой документов для западных благотворительных организаций.
