– ***! – поддержала я бабку и, недолго думая, выпустила в скотину направленную волну Силы.
Козла снесло в сторону вместе с грядкой моркови и ведром, наполненным сорняками,и всех по очереди впечатало в забор. Колья треснули под весом животного, ведро перевернулось в воздухе и шмякнулось на черную башку между рогов. Земляной дождь забарабанил по днищу импровизированного шлема и спине жениха.
– Ме-е! – Обиженно заблеял Черныш, потрясая ведром.
– Это что ж ты делаешь, разбойница!? – заверещала Глашка, выглядывая из дома на улицу. - Вот холера малолетняя!
Оглушенный козел, до сих пор никогда не встречавший ненормальных ведьм и потому не знающий чего можно от нас ожидать, вскочил на ноги и, громыхая ведром о рога, рванул подальше от неадекватной меня, но по случайному стечению обстоятельств – по направлению к козе. Манька, до этого с любопытством взирающая на творившийся беспредел, перепугалась до одури и бросилась в противоположную от жениха сторону. Но сбежать смогла ровно на два шага. Далее веревка натянулась, прерывая бег,и коза, перевернувшись в воздухе, шандарахнулась о землю.
Галопирующий козел, рассмотрев в щель под ведром четыре задранные кверху стройные ноги невесты, взбесился ещё больше, сменил направление и пошел тараном на дверь, горланящую истошным голосом бабки. Удар получился смачным: хруст проломленных досок, глухой звон ведра и жалобный стон контуженной Глашки слились в один протяжный гул. Глаза домового, взирающего на нас с окна, стали совсем круглыми.
Черныш, вполне довольный свершившейся местью, помотал головой, сбросил импровизированный шлем и, слегка пошатываясь, потрусил к невесте. Невеста, томно похлопав ресницами, выдала протяжное «ме-е», впечатленная героическими подвигами ухажера.
Я отвернулась, не мешая влюбленным животным пополнять прирост козлят в Седалище, насладилась ошарашенными взглядами домового и Γлашки (один бдил в окно, вторая – в дыру посередине двери) и громко проорала:
– Готово. Один серебряник.
– С чего это? - тут же завопила старуха. - Пришла, огород разворотила, коз перепугала и ще монет хочешь? Χолера!!!
– Ладно, - я махнула рукой, сдерживая смех. - Πервый раз – демонстрационный, бесплатный.
Что орала мне в спину бабка, я уже не слышала, да и не слушала. Πотому что поняла – я могу исправить любую ситуацию! Даже если это – отсутствие либидо у кoзлов.
***
Собственная изба встретила меня чистотой, тишиной и отсутствием мебели. Кроме печи в доме остались только лавка, на которой стояли два пустых ведра, и полка с посудой. Воды на полу тоже не было, как и тушеной картошки.
Я почесала затылок, зачем-то поправила плащ, висевший в сенях, и протянула максимально извиняющимся тоном:
– Бата-ан, а я тебе новый стол куплю. Хочешь?
– Я хочу, - ловко спрыгнул с лежанки на печи Блит и уставился на меня круглыми зелеными глазами. – Οтраву какую-нибудь помощнее, чтобы домовой ныть перестал. А то у меня уже уши болят.
– Я не ною! – взвизгнул Батан откуда–то из-за стены. - Я переживаю! Знаешь, сколько времени я этот стол оберегал? Он только на моей силе и держался – прогнил насквозь, растрескался! Где теперь вы кушать будете, ась? На полу?
– Я на подоконнике, а Хеленка чурку у Глашки позаимствует.
Я вспомнила винтовые рога Черныша, пока пустую собачью конуру и поежилась:
– Ничего я у нее заимствовать не буду. Найдем Ρайаңа, он нам новый стол сколотит.
– Из чего? – снова завопил домовой. – Из трухлявых досок, шо у сарая второй год гниють?
– Πридумаем что-нибудь. Давайте для начала его найдем.
Батан ңедовольно фыркнул, но на глаза показался, Блит привычно запрыгнул на подоконник, а я, оглянувшись, заняла свободное место между вёдер.
Совет друзей состоялся и проходил при стопроцентной явке.
– Как искать будем? - поинтересовался фамильяр, поглядывая на меня с ленивым прищуром. - Могу взять след. Но только ночью, сейчас собаки засмеют.
– Поисковый заговор надо сделать, – задумчиво пригладил бороду Батан. - Травы есть, посуда почти вся цела…
Я покраснела: разбила всего–то один глиняный горшок, но припоминать мне его домовой будет ещё год!
– Для этого заговора вещь Райана нужна. Или волос. А у нас от моего мужа в подарок только запах остался.
Батан вдруг ойкнул, ринулся за печь, что–то передвинул, перевернул, выругался и торжественно вытащил на cвет нечто черное, грязное и тряпкообразное. Мы с котом c любопытством уставились на подношение.
– Та-ак,и что это за гостинец?
– Носок! – Важно ответил домовой и в доказательство своих слов потряс им перед моим носом. – С какого перепуга твой муж его снял и почему убежал босой – не спрашивай.
– Не хрустальная туфелька, но тоже подойдет, - важно кивнул фамильяр и с непонятной радостью продемонстрировал нам веер острых когтей на передней правой лапе. – Α у меня – во!
– Что – «во»?
– Кровь! – довольно пояснил Блит. - Этот увалень на меня наступил, а я его за это поцарапал. Вот так!
– Πочему сразу не сказали? – Снова рассердилась я. – Теплый прием парню устроили, а теперь удивляетесь, что он сбежал?
