Священник, очень молодой мужчина в традиционной черной одежде жрецов храма Великих, зачитывал выдержки из талмута «Великих предков» о любви и процветании, верности и уважении. Если до момента о верности я честно старалась вслушиваться в то, что он говорит, то после мне стало совсем скучно. О какой верности может идти речь, если на церемонии присутствует особа, которая еще утром спала в постели моего почти мужа? Странное чувство внутри, когда думаю об этом… нет не ревность, скорее презрение к человеку, который так откровенно постарался меня унизить. От моих мыслей меня оторвал граф, когда на вопрос священника ответил «Да».
— Ариадна Ристварт вы готовы блюсти обеты, которые оставили нам наши Великие предки? — обратился мужчина уже ко мне.
— Да. — ну, вот прощай свободная жизнь, моя авантюра полностью удалась, теперь в обход воли отца я стала графиней. Странно и почему меня это не радует?
Граф одел мне на руку золотой браслет с топазами, такой же браслет я одела ему. Вот теперь точно все. Священник поспешно ушел.
— Ариадна. Иди к себе, я зайду вечером — как всегда граф говорил без эмоционально — Сейчас у меня много дел.
— Милорд — он собрался уйти, но я окликнула — Скоро здесь будет мой отец. Я смогу с ним поговорить наедине?
— Конечно. Еще что-то?
— Да. Насколько свободно я могу передвигаться по замку? — мне очень хотелось взглянуть на больных детей.
— На территории замка можешь делать, что хочешь. За пределы пока не выходи.
— Спасибо, милорд. — машинально присела в неглубоком реверансе и направилась на выход.
— Стой! — голос от которого озноб проходит по коже, а ведь так граф разговаривает со всеми. Он догнал меня и взял за подбородок, так чтобы я четко смотрела в темноту под капюшоном, там не просматривалось ни одной черточки лица, сплошная мгла, этого добивались, наверно, с помощью магии. Я не владею иллюзией, только читала о ней, но все же, скорее всего, это она. Другого объяснения не вижу. Даже осознание, что тьма — только магия, не помогло удержать страх под контролем. Стараясь не подавать виду, что вся леденею от ужаса, приготовилась внимательно слушать. Молчание затягивалось и я сдалась первая.
— Милорд? — мой голос не дрогнул, давая мне повод гордиться собой.
— Не нужно больше реверансов, мы равны. — против воли на моем лице промелькнула ироничная улыбка.
— Как скажете милорд. — я освободилась от его руки и быстрым шагом отправилась на кухню.
За дверью меня дожидалась Джоси.
— На кухню. — на ходу позвала её — Мою сумку уже принесли?
— Нет госпожа, еще не успели.
— Хорошо, сделаем так, — я остановилась — Найди её, в ней лежит небольшой кожаный мешок, принеси его к детям Нииры и дожидайся меня там. А я пойду на кухню.
— Хорошо госпожа. — она убежала в сторону выхода, а я направилась дальше.
На кухне марта встретила меня булочками и парным молоком.
— Госпожа, вам необходимо поесть.
— Потом, Марта. Все потом. Куда нужно идти? — отмахнулась от еды, есть хотелось, но я боялась, что меня разморит и я при осмотре пропущу что-то важное.
— Ниира, — к нам подошла женщина в сером платье служанки, поверх которого повязан белый передник и в таком же чепке как у Джоси, — Проведи госпожу.
Мы двинулись по коридорам для слуг. Насколько я поняла, мы вернулись в крыло, где находилась моя комната, прошли на верхний этаж. Вдоль коридора, отделанного коричневым деревом без убранств, тянулись ряды простых дверей. Этаж для слуг, все просто и без излишеств. Женщина завела меня в одну из комнат.
Довольно большое помещение с кроватями, на которых лежали дети, что-то вроде лекарской комнаты. Я насчитала там девять маленьких больных, еще три кровати пустовали. Малыши были вялые и очень бледные. Подошла к ближайшей кровати, в ней лежал мальчик лет девяти, он смотрел на меня странным, затуманенным взглядом. В душе родилось неприятное предчувствие. Потрогала его лоб, кожа горела, словно её высушивали изнутри. Дыхание ребенка было прерывистое и чуть хрипловатое, но не такое, как при болезни легких или простуде, а такое, если бы он пробыл весь день в жаркой сухой комнате. Осмотрев детей, здесь было четверо мальчиков и пять девочек приблизительно одного возраста, пришла к неутешительному выводу — симптомы у всех одинаковые. Странно, если это эпидемия, то почему взрослые не больны.
— Ниира, болеют только дети? — спокойным голосом осведомилась я.
— Да, госпожа. — не поднимая глаз от пола, сказала она мне.
— Это все дети, которые есть в замке? — расспрашивая её, старалась подобрать подходящую болезнь.
— Нет, госпожа, заболели только те, кому исполнилось девять.
Болезни, которая губит только в одном возрасте, не существует. Это я точно знаю, за свои двадцать лет я перечитала очень много лекарских талмутов.
— Ясно. Найди Джоси, пусть быстрее принесет мне мешок и распорядись, чтобы мне принесли побольше воды, несколько котелков и жаровню. — осмотрев комнату, решила варить отвары здесь, а готовить придется много — Еще мне необходим большой стол.
— Госпожа, вы знаете, что с ними? — она в первые подняла глаза и я увидела в них слезы.
