– Порция – одна из постоянных гостей на всех приемах и мероприятиях, мы знаем друг друга много лет – подчеркиваю, именно знаем – мы не друзья или кто-либо еще. Обычные приветливые отношения, которые устанавливаются между людьми, которые вращаются в одном кругу. Потом, с тех пор как она, как и ее подруги, вошла в так называемый свадебный возраст, она крутилась вокруг меня все чаще. Преподносила себя на блюдечке с голубой каемочкой, если можно так сказать. Мы с Харрингом никогда особенно не стремились вот так взять и впопыхах жениться, а я всегда предпочитал не встречаться с теми, с кем так часто вижусь, как раз чтобы не было сплетен. – Эшфорд замолкает, проверить, внимательно ли я его слушаю. – Но есть также и «но»: Порция – красивая девушка, а я, несмотря на весь свой самоконтроль, не святой. Один лишний бокал вина, больше настойчивости с ее стороны – и я сдался. Продолжалось это какое-то время, и, возможно, ситуация вышла из-под моего контроля, хотя я был уверен, что смогу справиться. Я пользовался ее доступностью исключительно ради собственного развлечения, также потому, что и ее это устраивало, по крайней мере, она так говорила! Однако на всех мероприятиях мы всегда оказывались рядом, и по той или иной причине я становился ее кавалером. Прибавь сюда мою мать, которая поощряла наш союз, и поймешь, что Порция, судя по всему, вбила себе в голову, что идет правильным путем и сможет затащить меня к алтарю. Возможно, ей это вбили в голову и многие другие. Я никогда не давал ей понять, что такая возможность существует, но, думаю, у нее была своя стратегия: сделать так, чтобы все нас считали парой, хотя мы ей никогда не были. Она думала, что, если все вокруг начнут мне говорить: «Как хорошо вы с Порцией смотритесь вместе», «Из Порции получится прекрасная жена», «Когда ваша с Порцией свадьба?» – возможно, я в итоге и сам бы в это поверил. Но надежды быстро рухнули, когда она узнала, что я женился на другой.
На самом деле я не знаю, нравится ли мне то, что он рассказал, или нет. Наверное, я была к этому не готова, но то, что у них с Порцией действительно были отношения, меня беспокоит.
– И что это за недовольное личико? – спрашивает Эшфорд, пальцами поддевая мой подбородок.
– Представлять Порцию в твоей кровати не очень весело, – признаю я.
– Если тебе будет легче, мы никогда не были настолько близки, чтобы спать в одной постели.
У меня в голове проносятся картинки гардероба, чуланов, конюшен, коридоров и их двоих, прижавшихся к стене, и так далее.
– Нет, легче не стало.
– А то, что я сейчас здесь, с тобой, и не хочу быть в каком-либо другом месте, что-нибудь значит?
– Возможно, – уклончиво отвечаю я.
– Что-то еще? – спрашивает он, притягивая меня к себе и усаживая сверху.
– И ты не скучаешь по Порции?
Эшфорд прижимает меня к себе так, что я чувствую его возбуждение.
– А на что это похоже?
Я склоняюсь над ним так, что моя грудь оказывается напротив его лица:
– Похоже, что тебе нравится то, на что ты смотришь.
– Позволь это доказать, – хрипло бормочет он.
– Ты какой-то другой, – замечает Харринг во время фехтования.
– Может, потому, что я слегка потерял голову.
– Давно пора! Добро пожаловать в клуб!
– Чувствую себя странно, но в хорошем смысле.
– Поначалу от «колес» такой эффект, да.
– Ты идиот, – обрываю я.
– Скажи мне что-то, чего я не знаю, – возражает он.
– Кроме того, что я будто превратился в пятнадцатилетнего подростка, все остальное более-менее в порядке.
– Ты говоришь с тем, кто все еще живет в пубертатном периоде, так что выкладывай все как на духу.
– Я бы хотел все время проводить в постели с Джеммой, а когда я не там, думаю о том моменте, когда это произойдет. В общем, все мои мысли приняли одно направление.
– Ты женился на огненной девушке, которая заслуживает аплодисментов стоя! Я бы удивился, если бы тебе не хотелось каждую секунду ее коснуться.
– Вначале все было по-другому, – пытаюсь оправдаться я.
– Вначале ты был точно гипсовая копия статуи из Национальной галереи, а ей все время было неуютно, судя по ее вечному выражению лица «Господи, что я здесь делаю». Ничего удивительного.
– Все изменилось.
– Да, она уже будто бы привыкла, стала увереннее в себе. А ты наконец начал прислушиваться к своей нижней половине, – замечает Харринг, указывая рапирой мне ниже пояса. – Не стану скрывать, я уже боялся, что ты хочешь уйти в монахи, хотя и отрывался по полной с Порцией…
При звуках этого имени я отшвыриваю рапиру в другой конец зала.
– Опять Порция, – бормочу я себе под нос.
– А теперь-то с тобой что такое?
– Вы всю душу мне вымотали своей Порцией. Порция тут, Порция там. Спал ли я с Порцией? Да. Хотел на ней жениться? Определенно нет. Были мы официальной парой? Мне даже в голову не приходило! Сколько мне еще придется оправдываться за несколько случайных встреч?
– Паркер, успокойся, никто не просит тебя оправдываться. Тем более я. Это просто был пример. Какая муха тебя укусила?
Сажусь на одну из скамеек у края фехтовальной дорожки и снимаю защитный шлем.
