Такси останавливается у родного дома. Водитель из багажника достает сумку, а я отстегиваю Лию от ремней безопасности и беру спящую дочь на руки.
– Я помогу, – говорит мужчина и помогает донести сумку до крыльца.
– Спасибо, – киваю ему.
Присаживаюсь с ребенком на руках на корточки и достаю ключ из-под коврика. Открываю дверь и вхожу в дом, оставив сумку на крыльце. Потом занесу.
Бабушки нет каких-то несколько часов, а такое чувство, что дом опустел без нее. Прохожу, не разуваясь, в свою комнату и укладываю Лию прямо так в комбинезончике на диван. Расстегиваю молнии на нем и развязываю шапку. Пусть спит. Дорога была долгой.
Выхожу из комнаты и останавливаюсь посреди кухни. Касаюсь карманов пальто и не понимаю, куда мог деться телефон. В карманах нет. Выхожу на крыльцо. Проверяю сумку, но и в ней нет.
– Черт!
Как связаться с Сашей? Что же я такая растяпа?
От обиды хочется заплакать. Но вовремя беру себя в руки.
– Бабушкин телефон же где-то должен быть, – и направляюсь в бабулину комнату.
Оглядываю маленькое помещение и сразу же нахожу то, зачем сюда пришла. Телефон лежит на тумбочке у кровати.
Сашин номер у ба записан. Его-то я сразу и набираю.
– Саш, – как только подруга отвечает, заговариваю. – Я свой телефон где-то посеяла. Я дома, – тараторю, оседая на край кровати.
– Отлично. А то я тебя потеряла, если честно, – словно с облегчением выдыхает подруга.
– Ты где?
– В больнице, в городе. Ты не волнуйся, сказали, все будет хорошо.
– Что с бабушкой?
– Гипертонический криз. Стабилизируют. Капельницу поставили, таблеток дали. Она спит.
– Я сейчас приеду, – подскакиваю на ноги и выхожу из комнаты.
– Ага, конечно. С Лией?
Точно!
Хочется ударить себя по лбу рукой.
– Да и что ты сейчас сделаешь? Тебя к ней не пустят. Так что выдыхай, подруга. Я сейчас буду выезжать. Врач сказал, можно будет завтра навестить. А я Вере Егоровне ничего про тебя не говорила. Она не знает, что ты должна приехать. Поэтому не будет тебя ждать. А будет набираться сил. Так что давай, жди, буду минут через тридцать, – и завершает разговор, отключившись.
Руки плетьми повисают вдоль туловища. Адская усталость накатывает.
Прохожу в кухню, включаю чайник. Нужно хоть что-то запихнуть в себя. Да и Лию покормить надо будет, как только проснется.
Оказавшись дома, появляется ощущение, что я никуда и не уезжала. Словно все, что со мной было, приснилось.
С тревогой нащупываю кольцо на безымянном пальце, и на губы наползает глупая улыбка. Нет, не сон. Все правда.
Стоит только подумать, что до меня не сможет дозвониться Владимир, новая волна паники накатывает. Но плач Лии меня отвлекает от этих мыслей, и я тороплюсь в комнату.
Дочка проснулась и сидит на диване, потирая глазки. Хнычет.
– Малышка, – сажусь рядом и помогаю раздеться, – мы к бабушке приехали. Помнишь, тут с тобой жили?
Кивает. И уголки губ снова ползут вниз.
– Ну ты что, маленькая? – беру ее на руки и прижимаю к себе. Утыкаюсь носом в макушку волос, вдыхаю любимый детский запах.
Лия обнимает меня за шею.
Успокаивается.
– Эй, есть кто? – до слуха доносится знакомый голос.
Лия оживает сразу же.
– Саса! – восклицает дочь.
– Она самая, – улыбаюсь. – Пойдем встречать.
Прижимаю ребенка покрепче к себе, и мы выходим из комнаты.
Подруга стоит в дверях кухни, снимает курточку и шапку прячет в рукав.
– Привет, девчули, – тут же улыбается, как только видит нас.
Лия тянет к ней ручки. Подруга забирает ее к себе.
– Ну, привет, подружка, – улыбается ребенку. – Как ты поживаешь? Спрятались в своей белокаменной, сюда не вытащить, – переводит взгляд на меня.
– Хасо, – улыбается дочь.
– Вот и хорошо, – улыбается Саша. – Покормишь чем-нибудь? Я с утра поесть не успела.
– Конечно.
Обедаем, потому что время уже близится к трем часам. И это мало похоже на завтрак. Лия ест супчик, Саша – тоже. А мне ничего не лезет в горло. Грызу сухарик.
***
– Чай себе сладкий плесни, – выдает Сашка, разглядывая меня. – Бледная какая.
– Да что-то не хочется.
– Да не переживай ты так, – приободряюще гладит меня по плечу. – Все будет хорошо. Кстати, где твой муж?
– В командировке, – все же решаю налить себе горячего чая.
– М-м-м, – загадочно тянет и опускает взгляд.
– Я все равно собиралась одна приехать в эти выходные. А у него наметилась поездка. В общем, просил не уезжать без него. А тут такое.
– Так ты сказала ему, где ты? – вскидывает бровь, чуть прищурившись.
– Написала. Записку дома оставила. Сообщение на телефон ему отправила. Звонки до него не дошли.
– Понятно, – вздыхает. – Ну а так, в целом, как? – внимательный взгляд на меня, как только я сажусь за стол.
– Что, как?
– Да не придуривайся, – усмехается. – Как тебе в новом статусе?
Пожимаю плечами. Что мне ей сказать? Обсуждать все то, что между нами происходит, я не хочу.
– Не обижает?
– Нет, – качаю головой. – Все хорошо. Как может быть, когда брак фиктивный?
– Не знаю, не пробовала, – смеется. – Но колечко, смотрю, хорошее, – смотрит на украшение, которое как влитое сидит на моем пальце. – Уверена, что фиктивный?
Я вся подбираюсь, потому что не понимаю наводящих вопросов подруги.