Не дожидаясь ответа, он притянул меня к себе. Чуть помедлив, я тоже обвила его руками, прижалась щекой к груди. И хотя я знала, что это объятие вынужденное, глупое сердце все равно забилось чаще, а дыхание стало прерывистым и неровным. Ладони супруга обожгли сквозь ткань платья, невольно заставив выгнуться, прильнуть еще теснее, еще ближе. Мне показалось, что я ощущаю его запах – едва уловимый, чуть терпкий, горячий и безумно притягательный.
Я с трудом сглотнула вязкую слюну и облизнула внезапно пересохшие губы.
Отрицать очевидное было бесполезно. Быть может, разумом я понимала, что, несмотря ни на что, еще рано думать о нас и о будущем, но мое тело уже все решило само. Майло… волновал меня. Наверное, сам лорд хотел только отвлечь внимание законников, но для меня эти жаркие объятия не были притворством.
Я…
– Майло… – хрипло прошептала я.
Он склонился ко мне.
– Постарайтесь выглянуть, только осторожно. – Голос лорда Кастанелло звучал спокойно и ровно. – Видите кого-нибудь на главной аллее?
Через плечо супруга я не заметила никого, кроме почтенной пожилой леди, смотревшей на нас с лордом со смесью неодобрения и любопытства. Встретившись со мной взглядом, леди укоризненно поджала губы и заторопилась прочь. Господ законников поблизости не было.
– Кажется, получилось.
Разомкнув объятия, лорд Кастанелло, не мешкая ни секунды, направился к выходу из парка. Для него наша недолгая близость, похоже, значила куда меньше, чем для меня. Уж точно она не оставила его в смятении, растерянным, с ослабевшими коленями и неуместными мыслями в голове…
Сцепив пальцы, чтобы приглушить болезненное разочарование, я поспешила следом.
Прежде чем остановить один из проезжавших мимо экипажей, лорд отыскал почтовый ящик и бросил туда два тонких конверта. Имен и адресов получателей я не разглядела. Скорее всего, Майло успел написать письма в кабинете, пока я наблюдала за холлом.
– Одно – для моего адвоката Корвуса Сантанильо, – проследив за моим взглядом, пояснил лорд. – Он лучший специалист по гражданским и уголовным делам, которого я знаю. Прямой, честный, неподкупный. Характер у него, правда, не сахар, но иногда это только к лучшему. Второе – для моего партнера Фабиано Себастьяни. Дела СМТ приняли скверный оборот, и он должен об этом знать. Кроме того, нам понадобится поддержка.
Я обреченно кивнула. После суда и обыска в СМТ сомневаться в этом было невозможно.
В карете я молчала, опустив взгляд. Сначала смотрела в окно, чтобы хоть ненадолго отвлечься от мрачных мыслей, но это не помогло – на глаза, как назло, тут же попались рабочие, вынимавшие накопительный кристалл из уличного фонаря. Сразу вспомнился цех и огромный кристалл, опустошенный супругом. «Современные магические технологии», дело всей жизни лорда Кастанелло было разрушено за считаные минуты. И что бы ни говорил Майло, я не могла не ощущать гнетущего чувства собственной вины.
Лорд Кастанелло, сидевший напротив, осторожно коснулся моих сцепленных пальцев.
– Фаринта, – голос супруга прозвучал так тихо, что я едва различила его слова сквозь перестук подков и грохот колес, – мне нужно, чтобы вы выслушали меня очень внимательно и запомнили все, что я скажу.
Я вскинула голову. Сердце тревожно заныло.
– Да, милорд.
Он вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями.
– Скорее всего, законники уже в поместье. Я уверен, они найдут лабораторию Бренци, если уже не нашли.
Эти слова прозвучали как приговор.
– Но как…
– Не перебивайте меня, миледи. Они найдут лабораторию. И, разумеется, предъявят вам обвинения в нелегальном изготовлении зелий или еще что-нибудь в этом роде.
– Милорд Кастанелло, скажите, что вы ничего не знали об этом, – сбивчиво, в отчаянии зашептала я. – Скажите, что наткнулись на лабораторию совершенно случайно, если хотите, скажите, что я была с Бренци заодно. Что угодно! Вы не должны пострадать, милорд, еще и это…
Майло укоризненно посмотрел на меня, и я осеклась, умолкнув на полуслове.
– Вы обещали выслушать меня, не перебивая, миледи, – напомнил он. Дождавшись моего кивка, лорд продолжил: – Когда я взял вас в жены, я согласился принять на себя ответственность за вас и ваши поступки. И я не отказываюсь от своих слов. Поэтому, прошу вас, не вмешивайтесь. Законники будут провоцировать вас, задавать каверзные вопросы, обвинять. Не поддавайтесь. Не пытайтесь применить физическую или… иную силу. Молчите. У нас с вами в скором времени появится адвокат. Прежде чем давать показания, мы имеем право дождаться его прибытия. Корвус решит, как лучше себя вести и что говорить. Вы поняли меня? Обещайте, Фаринта.
– Не отвечать, не оказывать сопротивления, не вмешиваться. Я поняла.
– Обещайте, миледи.
Все внутри меня протестовало против вынужденного смирения, но я понимала: любые конфликты сделают наше положение только хуже. Лорд молча ждал моего ответа, и мне ничего не оставалось, как обреченно кивнуть.
