— Да уж. Я такого лютого страха, никогда в жизни не испытывал. Думал, умру там, прям на месте. Столько кровищи…
Брат замолчал, мерно шагая вдоль дороги. Я тоже не знал что сказать, хотя очень хотел. Впервые в жизни мы общались нормально, и мне это нравилось.
А вот от Шавкада я такого не ожидал. С другой стороны, я всё равно ему благодарен. Вряд ли без него я бы смог вытащить брата, скорее, сам бы сдох. У меня ведь, как оказалось, ни навыков, ни оружия. Вообще ничего. А когда там заварушка началась, так и вообще…
Я снова тяжело вздохнул.
— Чего пыхтишь? — покосился на меня Колян.
— Да прав был Шавкад, — неожиданно для себя признал собственную слабость я. — Надо было валить ублюдка.
— Ну а я тебе что говорю! — Колян самоуверенно вскинул подбородок.
— Я бы на тебя посмотрел в той ситуации.
— У меня просто ствола не было.
— Сейчас есть.
— Вот когда встретим урода, тогда и воспользуюсь.
— Посмотрим.
— Посмотрим, — передразнил меня он.
— Может, пронесёт?
— Нет, брат, уже не пронесёт, — покачал головой Колян. — С каждым днём их количество будет только расти. Их даже пули не берут.
— Гонишь⁈ — неподдельно удивился я.
— Угу, — подтвердил брат. — Шавкад по одному целую очередь выпустил, а ему хоть бы что, только двигаться чуть медленнее стал. Ну, картечь в голову его, конечно, успокоила. Это, кстати, я подсказал.
— Там серебро.
— В смысле?
— Он патроны от обреза серебром набил. Эти твари его боятся, как и солнечного света.
— А ты откуда знаешь?
— Не меня напал один, во время салюта. Я даже до площади ещё не дошёл, они всю центральную улицу перекрыли. Ну вот я ему в челюсть с левой и сунул. Он отлетел от меня, как ошпаренный. А с правой вообще ударов не боялся.
— Ясно, — мрачно буркнул Колян. — Так почему ты меня-то тогда не спас?
— Спас, — так же, насупившись, ответил я. — Там, на площади, я бы тебе не помог, да и сам бы сгинул. На вот, пригодится. — Я сунул брату серебряный кастет.
— А тебе? — тут же проявил солидарность он.
— У меня ещё один есть. — Я продемонстрировал ему второй. — Ещё один у Шавкада остался.
— Чурка сраный!
— Не надо так, — осадил брата я. — Если бы не он, мы бы сейчас не разговаривали.
— Мог бы и остановиться. Тем более что он твою машину угнал.
— Бог ему судья, — буркнул я. — Хотя поступил он, конечно…
— Мы для него балласт, — резонно заметил брат.
— Возможно, ты прав.
— Да сто пудов.
— Ладно, клюв закрой, вон уже дома показались. Иди за мной и не высовывайся, понял?
— Угу.
— Осматриваем все дома, двигаемся вместе. Не вздумай куда-нибудь один сунуться.
— Да завались ты уже, учитель хре́нов. Понял я, не дурак.
— Всё, тихо, — шикнул я и, пригнувшись, перебежал к первому дому.
Губу мы раскатали рановато. Деревня оказалась вполне себе жилой. В первом же доме, в который мы сунулись, нам едва задницы дробью не нашпиговали. В полной уверенности, что здесь уже все мертвы или обратились, нагло распахнул калитку и шагнул во двор. Ну как — нагло… всем своим видом изображая тактический заход на территорию противника. Однако даже до крыльца добраться не успел, как дверь в доме распахнулась и на пороге появился заросший недельной щетиной мужик с двустволкой в руках.
— Э, вы чё здесь трётесь⁈ — выкрикнул он. — Я ща, падлы, завалю!
— Ёпт… — только и смог выдохнуть я, тут же задирая руки.
— Вам чё здесь надо⁈ — продолжил выкрикивать мужик.
— Да мы это… — растерялся я, не зная как объяснить своё поведение.
— Ты там молишься, что ли? — видимо, не разобрав ни слова, спросил он. — Правильно, молись…
— Не стреляйте, пожалуйста, — выглянул из-за моей спины Колян.
— А ну пшли отсюда! — рявкнул мужик и для пущей убедительности взвёл курки.
— Всё, всё, мы уходим, — попятился я, но упёрся задом в брата.
— Мы хотели у вас еды купить, — произнёс Колян, который, похоже, соображал получше меня. — А ещё нам сказали, что у вас самогон есть.
— Кто сказал? — оживился мужик, опуская оружие.
— Да там, — неопределённо махнул рукой брат, — соседи ваши.
— Нюрка, что ли? — с эдаким прищуром уточнил мужик.
— Наверное, — пожал плечами Колян. — Я же у неё имя не спрашивал.
— От овца! — в сердцах сплюнул хозяин дома. — Две сотни за ноль пять.
— Литр возьмём. — Брат вытянул тысячерублёвую купюру. — И пожрать чего-нибудь.
— А чего пожрать-то? — Мужик задумчиво почесал щетину.
— Сало, картошки, овощей каких-нибудь, — наконец-то вступил в разговор я.
— А вы откуда такие нарядные? — спросил мужик и кивнул на автомат. — Это у тебя настоящий, что ли?
— Да какой там, — отмахнулся я. — Страйкбольный.
— Мы тут по лесу бегали, в войнушку играли… Решили вот на ночь лагерем встать, — продолжил ездить по ушам Колян. — Нас пацаны за самогоном отправили.
— То-то я смотрю, чумазые оба. Думал, цыгане лезут… — хмыкнул мужик. — Кто же в лес в белой майке-то ходит⁈
— Ну вот… — развёл руками я.
— Москвичи, что ли? — зачем-то спросил хозяин дома.
— Типа того, — кивнул Колян. — Так что там с едой-то?
— Ща, — отозвался мужик и поставил ружьё в угол, прямо на крыльце, а сам скрылся в доме.
