– Нинкина бабушка не только художником была, она еще и писала, да еще как красиво! – проговорила Надежда, оторвавшись от чтения. – Но все равно мне непонятно, зачем было прятать эту тетрадку! Ну, воспоминания, которые по большому счету не интересны никому, кроме самой Нины Слепневой…
– Надя, с кем это ты разговариваешь? – послышался голос мужа из прихожей. – И что это такое?
Надежда мигом убрала тетрадку в ящик кухонного стола и кинулась к духовке. Надо же, едва рыбу не передержала!
Муж с изумлением разглядывал Надеждины ботинки, валявшиеся посредине прихожей. Шнурки из них были вытащены и изжеваны в лохмотья.
– Где этот негодяй? – мгновенно озверела Надежда. – Убью!
Вихрем она понеслась в гостиную, но муж оказался быстрее и перехватил ее возле дивана, на котором, надо сказать, остались только клочья рыжей шерсти.
– Пусти! – пыхтела Надежда. – Пусти меня!
– Немедленно прекрати! – приказал муж. – Из-за старых ботинок готова причинить вред животному!
– А ты купи новые! – тут же заорала Надежда. – Вечно у тебя на все выпрашивать надо!
Это была заведомая вопиющая ложь, Сан Саныч был человеком не жадным, жену свою любил и даже баловал, в разумных пределах, конечно. И никогда не контролировал Надежду в небольших тратах. И обуви у нее было достаточно, просто сейчас, в конце марта, в городе грязновато, и Надежда надела брюки и удобные ботинки.
– Ну, знаешь! – Муж даже не сразу нашел, что ответить на такие беспочвенные обвинения. – Ну, знаешь! Если бы ты поддерживала в квартире порядок и не разбрасывала свои…
Ох, не нужно ему этого было говорить, ох, не нужно! В оправдание Сан Саныча можно лишь заметить, что он только что пришел с работы, то есть был очень усталый и голодный. А в таком состоянии редко какой мужчина способен контролировать свои эмоции и фильтровать поток сознания.
– Ах вот как? – зловеще проскрипела Надежда. – Значит, я не поддерживаю в квартире порядок? Не готовлю тебе еду, не глажу тебе рубашки, не бегаю по магазинам? В общем, мало того что я сижу на твоей шее, так еще и дармоедствую, так?
– Надя… – муж попытался взять ее за руку, что опять-таки говорило в его пользу, – успокойся…
– Завтра же устраиваюсь на работу! – Надежда сбросила его руку. – Не берут по специальности – хоть консьержкой, хоть в регистратуру районной поликлиники!
– Ну возьми себя в руки! – Муж фыркнул. – При твоем темпераменте ты в первый же день перекусаешь всех больных!
– Уборщицей в супермаркет! – Надежда никак не хотела или не могла остановиться.
– Ну, хватит уже… – Муж утомленно потер виски.
– Дворником на полставки!
– Тьфу ты! – Муж развернулся и ушел в кабинет.
Кот нашелся на кухне – он сидел на столе и пытался когтями развернуть фольгу, в которую была завернута запеченная рыба.
– Кушай, Бейсинька… – фальшиво заулыбалась Надежда, не делая никаких попыток согнать кота со стола. – Ты съешь всю рыбу и лопнешь, а твой хозяин сегодня ляжет спать голодным…
– Ах ты, паршивец! – Это уже голодный муж, возмущенный таким беспардонным поведением, шуганул кота со стола. – Надя, ты куда смотришь?
Ужинали супруги в полном молчании, потом Сан Саныч ушел к своему компьютеру, а Надежда достала из ящика старую тетрадку.
Она перелистнула страницы и начала читать:
