«…столько событий. Кажется, эти дни вместили в себя целую жизнь. Главное – они вместили в себя смерть, смерть Поля. Не знаю, как я буду жить дальше. Но в любом случае – ничего не будет прежнего. Прежняя жизнь закончена, она перевернута, как прочитанная страница книги. Сейчас поезд уносит меня обратно в Россию, к новой, неизвестной жизни. Мне страшно, я боюсь того, что ждет меня впереди, – но еще больше боюсь того, что осталось за моей спиной, того, что, кажется, дышит мне в затылок…
Последние дни мне было не до дневника – слишком много всего происходило, слишком мучительны были перемены в моей жизни. Но теперь у меня есть время, и я опишу события последних дней. Не для кого-то, кто прочтет мой дневник, а для себя, для того, чтобы отстраниться от этих событий, взглянуть на них со стороны и понять, понять наконец. Если только все это поддается пониманию.
Начну по порядку.
После того как Поль рассказал мне о китайском браслете и о человеке, который преследует его, чтобы отнять этот браслет силой или хитростью, два дня прошли относительно спокойно. Я уже начала думать, что Поль если не выдумал всю эту историю, то по крайней мере преувеличил ее серьезность и опасность.
Однако на третий день…
Мы шли по бульвару Монпарнас с художником, новым знакомым Поля. Фамилия его Сутин, он родом откуда-то из Белоруссии. У него мастерская возле площади Данфер-Рошро, мы с Полем заходили в эту мастерскую. Его живопись поразила меня – сплошь окровавленные бычьи и свиные туши, но как выразительно написаны!
Зачем я стала писать о Сутине? Только из неосознанного желания оттянуть, отложить, отстранить от себя то, что произошло дальше. Задержаться в том благополучном, счастливом, беззаботном времени, которое больше не вернется, не вернется никогда! Но все, я возьму себя в руки и перейду к делу.
Мы шли втроем по бульвару Монпарнас, как вдруг распахнулась дверь маленького ресторана и оттуда вывалился пьяный человек. Он налетел на нас, обхватил Поля и понес какую-то чушь – про долги, которые нужно отдавать, и про тайну вечной жизни. Лицо Поля удивительно переменилось – на нем был такой ужас, как будто он увидел привидение… нет, как будто он увидел собственную смерть!
Если бы я знала, что это так и есть…
Поль был так парализован страхом, что даже не мог сопротивляться, не мог оттолкнуть пьяного дебошира. Тогда Сутин, человек крепкий, несмотря на небольшой рост и хрупкое телосложение, решительно схватил пьяного незнакомца за плечи, оторвал от Поля и толкнул в ближайшую подворотню.
