Тау решил, что он неправильно расслышал её слова. Этого не может быть! Она не может быть его сестрой. Не может! Она не может быть дочерью той, что отняла у его матери мужа и любимого, а у него отца. Дочерью той, о смерти которой он мечтал чуть ли ни каждый день. Всё это происходит не с ним. Что за ужасная шутка? Этого не должно было с ним произойти! Боги не могли вновь отвернуться от него…
Эйв заметила, как переменилось выражение лица эрга. В его глазах появилось неподдельное удивление, смешанное с чем-то вроде отчаяния. Она хотела узнать, что произошло, но в этот момент застонал Флэймен, и она поспешила к брату. Когда Эйв вновь склонилась над его телом, она услышала шаги на улице, кто-то собирался войти в гостиницу. Она накинула на голову упавший капюшон за мгновение до того, как в комнату вошёл Онэлл с товарищами.
— Эйв! Что ты делаешь на полу? — но тут он увидел, что на её коленях покоится голова Флэймена. — Брат! Что с ним? Что случилось?
— Он без сознания. А что случилось, мы узнаем только, когда он придёт в себя. Давайте отнесём его в комнату.
Онэлл с помощью отца поднял брата и понёс наверх. Эйв немного задержалась с гайемцами.
— Жаль, что мы знакомимся при таких обстоятельствах. Но что поделать. Я, как вы, наверное, уже поняли, Эйв, сестра Флэймена и Онэлла. — она перешла на кайдисский.
— Да, мы много слышали о вас. — Галм по привычке взял инициативу в свои руки. — Я, Галм. А это мой сын Конте.
— Эйв, я пойду посмотрю, как там твой брат. Может, нужна будет моя помощь.
— Да, Кафус, конечно. Было бы здорово.
В комнате осталось четверо: Эйв, Тау и двое гайемцев.
— Флэймен сказал, что вы отправились искать семью отца моего брата.
«Что значит, сказал? Они ведь даже словом обмолвиться не смогли. Брат её… Наш…» — тут же поправил себя Тау, — «Наш брат уже был без сознания, когда она пришла. А раньше они не могли встретиться, если верить страже, она со своими спутниками приехала прямо перед закатом…». То, что именно о ней докладывал перед его уходом в «Ну-Ми-Сэ» слуга, он ни на мгновение не сомневался.
— К сожалению, мы узнали неутешительные новости. Вся его семья погибла во время обороны Демезы. Нам очень жаль…
— Бедный Хайц. Ужасно тяжело терять близких тебе. Я до сих пор не могу забыть тот день, когда погиб Нэйж. — при упоминании имени отца Тау вздрогнул. — Вы, наверное, знаете, Нэйж был отцом Флэймена… — она не успела договорить, в гостиницу вошёл Дольх в сопровождении ещё двух гайемцев.
— Эйв! — Дольх, и раньше плохо скрывавший свои эмоции, радостно поспешил обнять давнюю подругу. — Как же я рад тебя видеть, пусть и в этом плаще. Хотя это как-то непривычно, что ты скрываешь о других свою внешность.
— Дольх, ты же знаешь, что это необходимо. Но я тоже очень рада вновь повстречаться с тобой.
Белва, стоявший за спинами нэшу, тихонько кашлянул, привлекая к себе внимание.
— Да, извините, друзья. — Дольх вновь перешёл на кайдисский. — Разрешите вам представить единственную сестру Флэймена и Онэлла Эйв. Не позже, чем через шестьдесят лет она станет нашим вождём, придя на смену своей матери.
— Самое главное, чтобы не раньше. — перебила его Эйв. И пояснила, — Такое может случиться только в случае гибели моей матери от несчастного случая или от руки убийцы. К счастью, такого не случалось ни с одним из вождей нэшу за всю нашу историю. Но если такое произойдёт, и моя мать погибнет насильственной смертью, то даже боги не помогут её убийце избежать справедливого наказания. Моя месть и месть моих братьев будет самой страшной, что только может быть на Кайдисе.
— Это будет месть всего народа нэшу. — добавил Дольх…
Мысли Тау забились как в лихорадке. Что же это получается? Женщина, по вине которой столько страданий пришлось вынести ему и его матери, оказалась не просто нэшу, как он думал раньше, а их вождём. А это значит, что в том случае, если ему всё-таки удастся исполнить данную самому себе клятву и отомстить, он станет мишенью не только для самого опасного из народов Кайдиса — нэшу, но и их верных союзников — не менее опасных саринцев и амазонок. Не следует забывать и о других народах Внутреннего Кайза, верность которых не так очевидно продемонстрирована, но не ставшая от этого менее сильной, и, прежде всего, олью. Таким образом, смерть матери его брата неизбежно повлечёт за собой смерть самого Тау.
Брат. У него есть брат. Ну, надо же! Конечно же, Тау предполагал, что у его отца могут быть дети помимо него, но почему-то он никогда не думал об этом как о чём-то реальном. А теперь вот он столкнулся лицом к лицу со своим братом. Тот был очень приветлив и сперва даже понравился ему. Но потом Тау узнал, что этот нэшу приходится сыном его же отцу…
