— Да, конечно. Я не знаю, насколько мне удалось оторваться от своих преследователей… — и она продолжила. — У меня гудела голова от шума толпы. Поэтому, когда староста в очередной раз что-то прокричал, я не поняла, что именно. Люди не сразу поддержали его. Но через мгновение они снова что-то закричали в ответ и… стали забрасывать старейшину камнями…
— О, боги! — в один голос воскликнули саринцы.
Они и представить себе не могли, как можно решиться на такой жестокий, варварский поступок. Люди в очередной раз удивили их. И вновь не самым лучшим образом. На какой-то момент у них появилось сомнение, а стоит ли помогать людям, заслуживают ли они помощь. Но тут же отбросили эту опасную мысль.
Инсэль сидел в стороне и беззвучно шевелил губами, как будто бы проговаривая какое-то своё заклинание. Почему-то у саринцев промелькнула мысль, что бедному юноше пришлось пройти и через такой кошмар. Тем временем Сцо-Йат-Толло продолжила свой рассказ.
— Не помню, как я очутилась возле конюшен. Я вскочила на Свелто, он самый быстрый и сильный конь во всём Тале, и понеслась на площадь… Я надеялась, что успею… Что будет ещё не слишком поздно… Даже не знаю, как мне удалось прорваться через толпу к Генниссену…
Девушка закрыла глаза, переводя дыхание.
— Он уже падал на землю, когда Свелто поравнялся с ним. Мне удалось подхватить старейшину и втянуть его на седло. Наверное, весь этот ужас и страх перед толпой придали мне сил… Я слышала, как кричал и ругался староста, и страх перед расправой ещё сильней подстёгивал меня. Я направила коня в ту сторону, в которую, как мне показалось, уехали вы. По дороге я несколько раз оборачивалась, и всякий раз я видела за спиной погоню. Тогда я заставила Свелто скакать во весь опор, и чуть было не загнала его насмерть. Но это дало свои результаты. Когда я в последний раз обернулась, то уже никого не увидела… Потом я встретила вас…
Преследователи не появились и через час, когда скончался старейшина. Может быть, они сбились со следа. Может быть, решили не продолжать дальнейшее преследование. Тем не менее, это дало путешественникам возможность достойно проводить Генниссена в последний путь. По людскому обычаю его похоронили в земле. Воины вырыли могилу, завернули тело Генниссена в одеяло и предали его земле. Маг провёл что-то вроде прощальной церемонии.
Простившись со старейшиной, путешественники снова двинулись в путь. Только теперь к ним присоединилась и Сцо-Йат-Толло на своём коне. Возвращаться ей было некуда, поэтому она также решила поехать в Свенск. Возможно, там она сможет найти приют…
Сцо хотела обернуться в последний раз на Тал, который в течение трёх лет был ей хорошим домом, но передумала. И не потому, что он уже давно скрылся за горизонтом. Просто теперь он уже не был тем местом, в которое она приехала несколько лет назад. Люди, которые так хорошо приняли её, которые так хорошо к ней относились и всегда спешили на помощь, их больше не было. Теперь это были злобные существа, жаждущие её смерти. Единственный человек, который до самого конца был на её стороне, умер и похоронен. И Сцо поклялась себе, что когда-нибудь отомстит за его смерть…
Сцо-Йат-Толло хотела обернуться, но так и не обернулась. Но если бы она всё же сделала это, то наверняка заметила бы одинокого всадника. Он стоял в стороне и наблюдал за ними всё это время, видел, как они предали земле тело старейшины. Он выждал немного после того, как они скрылись за горизонтом, и потом, не спеша, поехал следом за ними…
В то время как почти весь Кайдис оделся в зелёные одежды, эльфийское королевство по обыкновению своему окрасилось не только в зелёный, но и во все оттенки синего. И теперь Тау смотрел на всё это буйство красок впереди себя, и ему было немного не по себе, как только он представлял, что очень скоро ничего не понимающие в красоте омерзительные чужаки под его предводительством утопят в солдатской пыли и грязи изящные эльфийские улицы, вымощенные перламутровыми ракушками.
Но вряд ли можно было сказать, что он сожалел о том, что намеревался захватить, а если понадобиться, то и уничтожить Шонкейт. Нет, ничего подобного. В конце концов, ненависть к эльфам у эргов впитывалась с молоком матери, к тому же у эльфов находилось то, что было так ему, Тау, необходимо. Библиотека Тинте.
Повелитель Дэвинетт ещё раз взглянул на эльфийское королевство, пытаясь угадать, где именно может располагаться библиотека, потом похлопал своего дракона по шее и полетел в свой лагерь. А эльфы продолжали жить своей прежней жизнью, не подозревая, какая на них надвигается беда…
— Отец, это правда, о чём все говорят? В Срединном мире идёт война людей против богов? — Пьюма ветром ворвалась в родительские покои. Будь на её месте кто-нибудь другой, он уже пожалел бы о своём опрометчивом поступке: вот так вот взять и потревожить короля эльфов. Но это была Пьюма, младшая и любимая дочь Гьявеллотто, а он прощал ей практически всё.
— Успокойся, милая.
Король нежно обнял дочь и посадил рядом с собой.
