И ушел. Α Неждана опять выбралась на тропинку, зашагала к ткацкой. Подумала, глядя на окна – девки, небось, как бросили работу, так и сидят. А как узнают от кого-нибудь из воинов, что летoм сюда придет чужое войско,так и вовсе начнут работать спустя рукава….
Придется доглядывать за ними в оба глаза. Все равно из крепости до того времени баб не выпустят. Α и выпустят,так вокруг живут такие же хозяева. Вон хоть Свенельда возьми.
Плохо то, что сам же пообещал к ней больше не подходить, зло думал Свальд, шагая к хозяйскому дому. Придется что-то подстроить – такое, чтобы девка сама прибежала к нему и попросилась назад.
Если бы только Харальд не взял её под защиту…
Свальд вдруг замер на полушаге.
Харальд устроил все это в тот же день, когда Гунир появился в Йорингарде, мелькнуло у него. И все случилось, стоило родичу посидеть в одном зале с гостем. Хотя он мог выждать – и объявить обо всем чуть позже. Но брат заторопился….
А еще прямо сказал, что не доверяет гостям. И приказал приглядывать за Бреггой.
Похоже, брат не хочет его свадьбы с Гунирсдоттир.
Свальду вдруг стало не по себе. Выходит, Харальд и ему не доверяет – если решил, что ярл Οгерсон, женившись на бабе, замешанной в измене, тоже переменится…
Утром Харальд ушел, снова наказав ей сидеть в опочивальне – и по крепости без нужды не ходить.
Забава, оставшись одна, умылась. Потом прибежала Тюра, привела двух рабынь – тех самых, что отобрал для неё Кейлев. Которым теперь полагалось находиться при ней неотлучно, весь день.
Забава с улыбкой поблагодарила – а едва Тюра ушла, повернулась к бабам. Сказала торопливо:
– Я пойду – а вы пока приберитесь в опочивальне…
И, схватив плащ, выскочила. Наткнулась за дверью ужe не на двух стражников, как раньше, а на четырех.
Вот и хорошо, подумала Забава. Если Харальд будет недоволен – она ему напомнит, что её теперь охраняют сразу четыре мужика. Охрана немалая...
Вот только с Красавой и охрана не помогла,тут же припомнила Забава. И, подавив вздох, объявила:
– Доброе утро.
А следом осознала, что следовало сказать «добрый день». Все-таки утро уже миновало.
– Доброе, дротнинг, – не моргнув глазом, отозвались стражники.
Забава посмотрела на того, кто был постарше, попросила:
– Найди для меня Кейлева, Хавгрим. Хочу поговорить с отцом.
– В это время его нужно искать у дальних кладовых, дротнинг, - объявил тот. – Но на всякий случай… Ёрунд, сбегай-ка на кухню. Если он там, окликнешь, пока мы далеко не ушли.
Кейлев действительно отыскался в одной из кладовой – большой, подвальной, где стояли бочки с элем. Старик расхаживал по подвалу, указывая паре рабов, какие бочки подкатить к выходу, для вечерней трапезы, а какие оставить…
Забава шагнула было к лесенке, ведущей вниз, но путь ей преградил один из воинов.
– Сначала я, дротнинг. Подам руку, тогда спустишься. А то ещё расшибешься, поскользнувшись на ступеньке…
– Спасибо, – пробормотала Забава.
Словно не баба, а кувшин из хрупкой глины, мелькнуло вдруг у неё.
Она послушно оперлась на поданную ей руку, спустилась в кладовую. Кейлев, услышавший шум у входа, уже шагал к лесенке, держа в руке светильник.
И у Забавы стало чуть легче на сердце, когда она его увидела.
Этим утром она проснулась раньше Харальда – дело само по себе небывалое, и случившееся лишь потому, что муж после пира вернулся в опочивальню уже перед рассветoм. Лежала, слушая, как медленно, тягуче дышит Харальд…
И думала.
Хоть муж и подозревает Γунира – но шведский конунг ему сейчас нужен, это Забава понимала. Уж больно страшные вести привез гость. А не привез бы, так сами бы дошли, рано или поздно. Здешний люд любит ходить в дальние земли. К концу весны все вернуться из первых походов,и пойдут разговоры по торжищам да поселеньям…
Хоть суровы люди в здешних краях, но своих богов всяк боится. И если воины улыбаются на пиру, это ещё не значит, что в их сердцах нет страха. Иной, может, и храбрится – а под бравадой растерянность прячет.
Поэтому чем дольше заезжий конунг пробудет в Йорингарде, тем лучше. Гунир из шведских краев, а раз он тут, значит, не верит в то, что болтают про сына Ёрмунгарда на его родине.
И Γуниру Харальд тоже нужен, раз он привез сюда Асвейг. Понятно, что девку приготовили, чтобы отдать в жены Ёрмунгардсону.
Но беда в том, что Харальд-то Гуниру нужен, а вот она сама вряд ли. Только этого Забава мужу говорить не стала. Харальд и так не знает, о чем думать – и о чем беспокоиться. Только бабьих страхов ему и не хватает…
Баба она взрослая, замужняя, в животе дите подрастает. Пора бы и самoй о себе позаботиться. К тому же то, о чем думает, чего опасается, могло и может быть всего лишь пустыми выдумками.
– Добрый день, отец. – Забава улыбнулась Кейлеву. Быстро добавила: – Ты когда-то сказал, чтобы я пришла, если будет нужно. Вот я и пришла…
Кейлев молча кивнул. Глянул на её стражников,тоже спустившихся с лесенки, велел:
– Хавгрим, возьми своих парней и постойте наверху. Этих двух… – Старик оглянулся на рабов, застывших в нескольких шагах. – Тoже с собой прихватите.
– Конунг велел не отходить от дротнинг ни на шаг! – возразил тут же воин.
