Время, проводимое на корабле, отличается от планетарного времени. Мы исчисляем его днями и ночами, потому что на протяжении столетий наши предки жили от рассвета до заката. Прошло около четырех недель с того момента, как мы побывали на болотистой планете, когда врач вбежал в комнату отдыха с известием о том, что Валькирия исчезла. Сначала он очень волновался за нее. Но она довольно безропотно воспринимала свое заточение, и он успокоился. Этого нельзя было сказать про кошку. В один прекрасный момент врач принес ей еду и питье и обнаружил, что дверца клетки открыта, а пленница ушла.
Помещение корабля очень ограничено, и поэтому может показаться, что на нем не так много мест, где кошка, даже небольшая, может спрятаться. Мы начали поиски и облазили весь корабль, начиная с диспетчерской и кончая грузовыми отсеками. Ничего не найдя, начали обвинять друг друга в невнимательности. После этого проделали то же самое, но уже по двое и по трое, однако не обнаружили и следа нашей беглянки.
Мы очередной раз обыскивали коридор возле кают-компании, когда Чизвит и Стэн, помощник механика, набросились на дока с обвинениями, что он разделался с Валькирией. Нервы были на пределе. Я не представлял, что значила кошка для этих космических путешественников, пока не почувствовал всю силу их гнева. Доктор страстно отрицал все обвинения. Он действительно собирался исследовать то, что она произведет на свет, но трогать саму Валькирию он не собирался. Затем он перевел стрелки на меня, заметив, что я не только позволил кошке съесть камень, но и принес еще несколько штук на корабль.
Не знаю, к чему бы все это привело, если бы не капитан. Он спустился по лестнице и резко отдал распоряжения. Я был отправлен в свою каюту, чтобы страсти немного улеглись. В тот момент я и сам был готов уйти. Войдя в каюту, я тут же закрыл дверь на замок. За последние несколько минут я понял, что бегство по улицам Кунга-сити не прошло для меня бесследно. Как только я услышал нотки ярости в голосах членов команды, моя рука инстинктивно потянулась к оружию, которого я не носил с собой.
Я повернулся к кровати и застыл от изумления. По расчетам доктора, должно было пройти еще некоторое время, прежде чем Валькирия раскроет свою тайну. И вот теперь она лежала на моей кровати. Где же она была вовремя поисков? Я заглядывал сюда дважды, и другие члены команды тоже. И все же у нее был такой вид, словно она лежит здесь не один час. Она вновь лизала. На сей раз предмет, который безвольно лежал рядом с ней.
Я, конечно, не очень разбираюсь в кошках, но существо, лежащее рядом с Валькирией, отнюдь не походило на котенка. Оно лежало навзничь, вытянув ноги и хвост, и быстро и отрывисто дышало, и я видел, как опускались и поднимались его бока. Только благодаря этому можно было понять, что оно живое. Но в остальном оно казалось мертвым. Тельце было покрыто черными волосками, похожими на те, что покрывали поверхность странного камня. Волоски были очень жесткими и не поддавались ласковому языку Валькирии.
Шея существа была непропорционально длинной, мордочка острее, чем полагалось, а уши обозначены лишь крошечными пучками торчащих волос. Лапы были короткими, а хвост наоборот длинным. Живот и кончик хвоста вместо шерсти покрывала грубая темная кожа. Лапы, которые существо подвернуло под себя, тоже были без шерсти и напоминали скорее руки человека.
Нет, я не верил, что это котенок. Но часто и тяжело дышащее существо выглядело таким беспомощным! Валькирия же явно гордилась своим странным детенышем. Я был обязан пойти и сказать обо всем доктору, но вместо этого сел на край кровати и стал наблюдать затем, как Валькирия энергично вылизывает свое чадо. Я не знал, кого произвела на свет Валькирия, но мне казалось, что это существо должно остаться в живых. Вот так я познакомился с Иити.
Мне тяжело было думать о том, что придется выдать Валькирию и ее отпрыска команде. Я думал об этом как о предательстве, и никак иначе. Раньше я никогда не испытывал никаких чувств к животным, но сейчас что-то шевельнулось во мне. Я спрашивал себя, почему это чувство проснулось во мне, но не находил ответа и не мог себя заставить сдвинуться с места, словно меня приковали к кровати и заткнули рот кляпом.
Маленькое существо наконец зашевелилось. Оно подняло свою узкую голову и начало водить ею по сторонам, словно что-то искало. Оно делало это вслепую, так как глаза его были закрыты. Замурлыкав, Валькирия вытянула переднюю лапу и заботливо подвинула к себе своего малыша. Но маленькая головка, качнувшись, повернулась в мою сторону. В этот момент мне показалось, что это маленькое, слепое, беспомощное существо каким-то образом осознавало мое присутствие, но не боялось, а словно хотело от меня чего-то. Меня даже тянуло засмеяться.
