Он поставил бокал и потянулся рукой к застёжке костюма. Рывком он расстегнул костюм до талии и распахнул его до руки, или того места где она начиналась. Это была маленькая изуродованная ручка, как у ребёнка.
– Это одна из особенностей моего народа, – пояснил он. – Мы можем снова вырастить утраченную кость, но этот процесс требует времени, а именно его-то у меня и нет. Поэтому мне нужна помощь.
– Несомненно, есть телохранители – офф-велдеры, вроде тех, что стоят внизу…
– Они не присягали. Видишь ли, я знаю ваши обычаи, человек, обученный исша. Если со мной будет присягнувший из Теней, мне не надо бояться предательства или небрежности. Я потерял её, – он указал на свою маленькую руку, – потому что не мог постоянно быть настороже. Ты нужен мне, Ночной скиталец. Я предлагаю тебе статус присягнувшего.
Последовала пауза, после которой закатан продолжал:
– То, что я хочу совершить здесь, на Асбаргане, – только начало. Присягни мне, и тебе откроются звёзды, и это означает присягу звёздам. Ты или кто-либо другой на твоём месте должен получить такое предупреждение.
Звёзды! Значит, то, что думал Магистр, было правдой. В иных мирах также, несомненно, существовали распри: те же интриги, те же тайные войны за власть, которые вели и местные лорды. А этот закатан уже искалечен, что значит…
– У тебя кровная вражда? – спросил Жофре, это он понимал и мог в этом участвовать.
– Это не так, как здесь, на Асбаргане. Но от этого опасность, подстерегающая меня, не меньше. Тебя изгнали из круга твоих Братьев, в некотором роде меня тоже. Но это мы обсудим, если ты дашь присягу. Так что ты ответишь…
Жофре сжал правой рукой кинжал и вытащил это единственное оставленное ему оружие. Держа его между ладонями, он преклонил колено перед закатаном.
Перепончатые пальцы немедленно взяли его за руку и нож был вытянут из державших его ладоней.
– Да будет это Великой Присягой, – значит, офф-велдер
Цуржал неловко одной рукой перевернул кинжал и изловчился прижать к его кончику указательный палец. Тёмная кровь собралась в крупную бусинку, он растёр её по кинжалу и протянул его Жофре, чтобы тот снова взял его двумя руками, и растёкшаяся по нему кровь вошла в него.
– Я связан, – кратко сказал он, не делая движения, чтобы стереть кровь со своих рук, возвращая кинжал в ножны.
– Дело сделано. Время позднее. Ты ел, присягнувший человек? Допивай, потому что мне надо о многом с тобой поговорить, и само время наступает мне на пятки.
– Я не ел, – рука Жофре оставила на стакане слабый след крови. – Но если времени мало, это не имеет значения.
Длинные челюсти закатана раскрылись, выражая, по-видимому, улыбку.
– Уверяю тебя, я не настолько слеп к нуждам любого из тех, кто мне служит. Кстати, я сам не ел. – Он снова подошёл к проёму в стене, откуда доставал напитки. Когда он нажал на кнопку, там засветился квадрат, который, как заметил Жофре, пересекло несколько значков.
Потом закатан занялся нижним рядом кнопок, а потом свет погас.
– Они здесь хорошо делают веспар. Здесь это, разумеется, считается новинкой. И есть другие блюда, которые, как мне кажется, должны прийтись тебе по вкусу. Наши два народа сходятся в кулинарных пристрастиях.
Он быстро подошёл к другой стене и поставил пальцы так, чтобы открыть другую дверь.
– Здесь можно освежиться, – пояснил он, – а здесь спальня, – помещение при этом осветилось. – Располагайся, пока мы ждём, чтобы нас обслужили.
Жофре осмотрел спальню. Там были два места, выполнявшие назначение кроватей, казавшиеся роскошно мягкими, такими остался бы доволен и крупный лорд. Но больше его занимала ванная. Ложа, которая была абсолютно изолирована от города, всегда содержалась в идеальной чистоте, и чистоплотность составляла часть обучения исша. Эта выложенная плиткой комната ничем не напоминала обычную ванну, но она обещала облегчение.
Закатан открыл другую дверь в этой комнате, за которой находилась туалетная кабина, и рассказал о назначении различных рычагов, торчавших из внутренней стенки.
– Это горячий пар и вода, холодная вода, мыльный душ, шланг с сухим воздухом, не стесняйся…
Потом он ушёл. Жофре порылся в своём узле и достал оттуда очень мятое, но чистое нижнее бельё. Но прежде чем приступить к использованию благ, сосредоточенных в этой странной комнате, он тщательно осмотрел её. В ней не было выхода, за исключением двери, через которую он вошёл, и безусловно, не было места, где можно было бы спрятаться. Не то, что он боялся оказаться в западне, он присягнул, и поэтому был связан с Цуржалом так, словно был одним из закатанов с их кожей рептилий.
