Братья Хоторны полностью

– Нэш отдал мне кольцо, которое ты дала ему, – Грэйсон не знал, зачем говорит это, – на хранение.

– Хм-м-м. – На бабушкином языке это был совершенно другой ответ, нежели «пф-ф». – Спроси меня, как прошел мой день, – потребовала она.

Грэйсон насторожился: она действительно позвонила не просто так.

– Как прошел твой день, бабуля?

– Ужасно! Я провела слишком много времени с папками твоего деда.

«Список», – подумал Грэйсон. Старик собирал досье на каждого, с кем обошелся несправедливо. Тут его осенило, что имел в виду Ксандр, когда сказал, что у него есть «связи» в доме Хоторнов.

– Ксандр попросил тебя проверить Список.

– Он рассказал мне, что ты ищешь.

«Мой отец застрелился, когда мне было четыре года», – заговорил женский голос в голове у Грэйсона.

– Ты нашла? – спросил он у бабушки. – Нашла его?

– За кого ты меня принимаешь, мальчик? Конечно, я его нашла!

«Это сделал Хоторн».

– Что сделал Старик? – тихо спросил Грэйсон.

– Купил миноритарную долю в индивидуальном патенте.

– На что был этот патент?

– В досье это не указано. Как и номер патента.

Грэйсон обдумал услышанное.

– Там было что-то еще?

– Только чек. Твой дедушка послал цветы на похороны этого человека. Несколько сентиментально для Тобиаса, если хочешь знать мое мнение.

– Как звали этого мужчину? – спросил Грэйсон. «Как звали ее отца? Какая у нее фамилия?»

– Имя Томас, фамилия Томас. – Бабуля фыркнула.

– Томас Томас? – Грэйсон прищурился. Это сильно напоминало какой-то код. «С чего начинается пари? – вспомнилось ему. – Не с этого». – Про дочь, как я понимаю, в досье нет ни слова?

Грэйсон сделал ровно один шаг в вестибюль, как к нему быстрым шагом направилась портье.

– Мистер Хоторн, я хотела бы извиниться за недоразумение, возникшее ранее с вашей гостьей.

Джиджи. Стоило Грэйсону подумать о ней, как перед ним возникло ее лицо: широко раскрытые ярко-голубые глаза, когда она поняла, кем он ей приходится.

– Все в порядке, – сказал Грэйсон, и менее честолюбивый менеджер отеля по его тону понял бы, что разговор окончен.

Однако от этой женщины не так просто отделаться.

– Хотите, я освобожу для вас бассейн?

Грэйсон ступил на мощеный пол и сразу же осознал два факта. Во-первых, в бассейне кто-то был. Во-вторых, этим кем-то была Иви.

– Тебе больно?

– Из-за моего существования?

– Я про твою рану. – У Грэйсона возникает внезапное желание нежно убрать ее волосы от синяка. Но он твердо и безоговорочно перебарывает это желание.

– Кое-кто хотел бы услышать «да», – с вызовом ответила Иви. – Кое-кто хочет думать, что девушки, подобные мне, слабые.

Грэйсон подходит ближе, но не прикасается к ней.

– Боль не делает тебя слабой.

Их взгляды встречаются, и вот она уже совсем не похожа на Эмили.

– Ты сам-то в это веришь, Грэйсон Хоторн?

Грэйсон вернулся в реальность и изобразил ледяное спокойствие. Его уже раз оставили в дураках, и никому не позволено дважды одурачить Грэйсона Хоторна.

Он развернулся, твердо намереваясь уйти. Из тени к нему шагнул Маттиас Слейтер. При дневном свете темно-русые волосы стража отливали золотом, но его глаза все равно казались почти черными. Одним шагом он преградил Грэйсону дорогу.

Быстрый. Бесстрашный. Вооруженный. Грэйсон верно оценил его еще в предыдущий раз. Чернила на его бицепсах теперь были более заметны – татуировка была не одна: толстые, черные, изогнутые линии, похожие на числовые отметки, отраженные в кривом зеркале.

«Или на следы от когтей».

– Уйди с дороги, – приказал Грэйсон.

Маттиас Слейтер не сдвинулся с места.

Грэйсон сам шагнул в сторону, но его противник повторил это движение и снова встал у него на пути. Грэйсон развернулся и зашагал было к боковому выходу, но тут раздался громкий щелчок взводимого курка.

«Ты не собираешься стрелять в меня, Маттиас», – подумал Грэйсон и продолжил идти, даже не обернувшись. Но тут он услышал, как из бассейна вылезает Иви, и это заставило его застыть на месте.

Так не должно быть.

Он и сам это знал.

– Здравствуй, Грэйсон! – Мокрые ноги Иви шлепали по полу.

– Мне не о чем с тобой говорить. – Грэйсон заставил себя двигаться, но перед ним снова возник Маттиас Слейтер, загородив собой боковой выход.

– Это ложь! – Иви прошла мимо него, медленно развернулась, и они оказались лицом к лицу. – Но мы всегда были лжецами.

Ее слова и ее присутствие эхом прокатились по пустоте где-то глубоко внутри Грэйсона. Лишь один мускул напрягся в его челюсти.

– Нет никаких «мы», Иви.

– По крайней мере, я лгу только ради выгоды, ради цели. – Иви сделала шаг вперед. – И я не лгу сама себе.