– Нет, неправда. – Улыбаясь, он сбросил еще одну лопату снега с веранды.
– По крайней мере, не очень. У меня тоже инстинкты.
Не только насмешка, но и сочувствие, поняла Лейла. Она пнула ногой снег, и неловкость тут же прошла.
– Благодарность, но погребенная под раздражением.
– Хочешь откопать? – склонив голову набок, Фокс протянул ей лопату.
Лейла рассмеялась.
– Попробуем. Если я приду и соглашусь у тебя работать, то при одном условии: когда кто-то из нас поймет, что ничего не вышло, то молчать не будет. И без обид.
– Договорились. – Он протянул руку, сжал пальцы Лейлы и замер. Снег тихо кружился и падал на них.
Она должна чувствовать, подумал Фокс, должна чувствовать эту мгновенную, почти осязаемую связь. Узнавание.
– Завтрак готов, – послышался из приоткрытой двери голос Сибил.
Фокс выпустил руку Лейлы и отвернулся. Потом тихо вздохнул и позвал собаку.
Приходилось заниматься повседневными делами. Убирать снег, носить и складывать дрова, мыть посуду и готовить еду. Возможно, Кэлу казалось, что дом, который он всегда считал просторным, становится тесен для шестерых людей и одной собаки, запертых внутри. Но вместе было безопаснее.
– Не только безопаснее. – Куин взялась за лопату, намереваясь расчистить дорожку к сараю Кэла. Просто в качестве физической нагрузки, вместо обычной тренировки. – Думаю, что все это неспроста. Вынужденное сожительство. Мы привыкаем друг к другу, учимся действовать как одна команда.
– Давай теперь я. – Кэл отставил в сторону газовый баллон, который подключал к генератору.
– Нет, так не пойдет. Это не команда. Вы, ребята, должны доверять женщинам и позволять им делать свою часть работы. И тот факт, что Гейдж вынужден сегодня готовить завтрак, доказывает, что обязанности не делятся по половому признаку.
Командная работа на равных. Разве можно не любить женщину, использующую подобные термины?
– Мы все можем готовить, – продолжала Куин. – Разгребать снег, носить дрова, стелить постель. Разделить обязанности – по силам, конечно. Но пока все это очень похоже на танцы в средней школе.
– Как это?
– Мальчики у одной стены, девочки у другой, и никто не знает, как их соединить. Так и с нами. – Она выпрямилась, повела плечами. – Нам нужно найти способ. Даже мы с тобой, Кэл, несмотря на наши чувства, все еще изучаем друг друга, учимся друг другу доверять.
– Если ты имеешь в виду камень, то я понимаю: тебя раздражает, что я не рассказал тебе раньше.
– Ни капельки. Правда. – Она еще несколько раз взмахнула лопатой, но теперь только для вида. Руки болели и не слушались. – Я начала раздражаться, хотела обозлиться на тебя, но не смогла. Поняла, что вы трое всю жизнь были вместе. Наверное, вы не помните, было ли когда-нибудь по-другому. А с учетом того, через что вам пришлось вместе пройти, не будет преувеличением сказать, что вы пережили настоящий шок. Вы трое похожи… на одно тело с тремя головами, если можно так выразиться, – прибавила Куин и протянула лопату.
– Мы не борг[31].
– Нет, но похоже. Вы кулак, крепко сжатый кулак. – Она пошевелила обтянутыми перчаткой пальцами. – Каждый индивидуален. Но действуете вы вместе, и это на уровне инстинкта. А теперь, – она подняла другую руку, – появляется еще одна часть. И мы пытаемся их соединить. – Куин сплела пальцы обеих рук.
– В этом есть смысл. – Его кольнуло чувство вины. – Я тут немного поработал самостоятельно.
– Ага, разгребал снег. Но ты ведь не это имел в виду? Самостоятельно – значит, рассказал Фоксу и Гейджу.
– Возможно, упоминал. Мы не знаем, где Энн Хоукинс была два года, где родила сыновей и где жила до возвращения в Хоукинс, в родительский дом. Поэтому я вспомнил о родственниках. Двоюродные братья и сестры, дяди, тети. И подумал, что беременная женщина не могла уехать слишком далеко, по крайней мере, в те времена. Должна была скрываться где-то поблизости. В семнадцатом веке десять или двадцать миль – это гораздо дальше, чем теперь.
– Хорошая идея. Я бы могла сама догадаться.
– А я бы мог и раньше сказать.
– Да. А теперь ты должен сообщить все, что знаешь, Сиб. Она королева расследования. Даже я не могу с ней тягаться.
– А я вообще дилетант.
– И говорить не о чем. – Куин улыбнулась и прыгнула ему в объятия. От внезапного толчка он поскользнулся, потерял равновесие и опрокинулся назад. Вскрикнув, она повалилась на него.
Едва переведя дух, Куин набрала пригоршню снега, швырнула ему в лицо и попыталась откатиться в сторону. Он схватил ее за талию и притянул к себе, а она притворно вскрикивала и смеялась счастливым смехом.
– Я чемпион по борьбе в снегу, – предупредил Кэл. – Тебе со мной не тягаться, Блонди. Поэтому…
Ей удалось просунуть руку ему между ног. Затем, воспользовавшись его секундным замешательством, Куин сунула снежный комок ему за шиворот.
– Эти приемы запрещены федерацией борьбы.
Она попыталась встать, упала, потом сдавленно вскрикнула, придавленная к земле его весом.
– Я победитель, – объявил Кэл и собрался поцеловать Куин, но тут открылась дверь дома.
