Вестгейт зашел за угол. Через несколько секунд раздался металлический щелчок, такой отчетливый, что пробился через колокола в голове, и Вестгейта сильно толкнул прыгнувший в укрытие Игорь.
Ба-бах! Братья дружно сморщились и взвыли от акустического удара.
– Граната, – объяснил Игорь.
Дверь болталась на одной петле. Вестгейт сунулся было на лестницу, но Игорь поймал его за рукав.
– Туда! – скомандовал он и толкнул Вестгейта вперед, дальше по коридору. – Скорее, скорее! Еще минута, и сюда заявится вся эта банда. И тут-то нам будет весело…
Через несколько секунд они затормозили у большого люка в стене. Вестгейт разинул было рот, но Игорь уже миновал люк и остановился под вентиляционной решеткой. Вестгейт, шокированный перспективой спуска по мусоропроводу, ее сначала вообще не заметил.
– Пускай у меня и мания преследования, – сообщил Игорь, вставая на цыпочки и поддевая край решетки большим охотничьим ножом, – но мне она определенно идет на пользу.
Решетка грохнулась на пол, из нее вывалились шляпки от болтов. Самих болтов в решетке не оказалось.
– Еще полгода назад отпилил, – сказал Игорь хмуро, собирая шляпки с пола в карман. Он встал спиной к стене и сложил руки в замок. – Ты лезешь первым и втаскиваешь меня, я же решетку должен на место поставить… Там в шахте скобы есть. Только внизу нужно прыгать, метра два, невысоко. Давай! Уф! Давай, давай!
Вдалеке раздался свист – пошел один из лифтов, и Вестгейт проворно нырнул в люк.
Приземлились они в подвале. Вестгейт ловко, как кошка, а Игорь в последний момент завалился на бок и здорово ушибся.
– Сюда, – показал он и первым устремился в узкий тоннель, кряхтя и прихрамывая.
– А сколько действует парализатор? – спросил Вестгейт, осторожно переставляя ноги. – У тебя стандартный, на десять минут?
– Они уже не встанут, – махнул рукой Игорь. – Не волнуйся.
– То есть? – Вестгейт затормозил. – Не отставай! – шикнул на него Игорь. – О мертвых не думай, думай о живых. Которые сейчас идут группе захвата на подмогу.
– Там что, был яд на этих иглах?
– Давай, давай, шевелись. Ну, допустим, яд.
– Да ты что?! – рявкнул Вестгейт, забыв о том, что имеет дело с психопатом и еще минуту назад собирался вести себя умно и профессионально. – Ах ты… Как же так можно, Игорь? Что же ты делаешь…
– Я хотел, но передумал. Словно чувствовал, что ты у нас великий гуманист. Кстати, ты спас только что жизнь двум хорошим людям. Продолжай в том же духе, получишь Нобелевскую премию мира.
– Да я… – начал было Вестгейт, но передумал и только пожал плечами.
Метров через двадцать они уткнулись в развязку теплотрассы.
– Создавай побольше шума, – посоветовал Игорь, ложась животом на трубы. – Пусть крысы знают, что мы идем.
Крыс в узком лазе не оказалось, но пыли было навалом. «Go! Go! – шипел Игорь. – У нас форы три минуты, не больше!». И они ползли, задыхаясь и потея, страдая от головной боли, вперед, вперед, вперед.
– Если на этом люке запаркован какой-нибудь грузовик, нам конец, – сказал Игорь через несколько минут, стоя по колено в мутной жиже на дне канализационного колодца. – Нужно будет ползти еще сто метров, за это время они оцепят район.
– Думаешь, все так серьезно? – спросил Вестгейт, карабкаясь по узкой лесенке.
– Уверен, – пропыхтел Игорь, подталкивая его головой в зад. – Наверняка про нас пущена какая-то дезинформация. Отдел внутренних расследований… уф! …не может самостоятельно даже пукнуть. Кстати, и ты не пробуй, укушу… Давай толкай крышку. Наше счастье, что «внутряков» очень мало и им нельзя ментов на помощь звать. А то бы мы из дома не вышли… Ну давай толкай, чего застрял?
Люк открылся. Вестгейт осторожно высунулся и увидел тихий московский дворик и обшарпанную стену бойлерной. Он выпрыгнул наверх, протянул руку Игорю и выдернул его из люка, как пробку из бутылки.
– Понял? – закончил мысль Игорь. – Над «внутряком» контроль жесточайший. Даже их шеф не может принимать решений. Он только выполняет приказы. Лично от Папы. Интересно?
– Куда дальше? – спросил Вестгейт.
– Сюда, – Игорь ткнул пальцем в сторону неказистого ржавого гаража. – Хорошо, что я богатый, – пробормотал он, вытаскивая из рюкзака связку ключей. – И вдвойне хорошо, что я маньяк.
Вестгейт у него за спиной утвердительно хмыкнул.
В гараже стояла грязная и дряхлая на вид русская машина.
– Стой там, ворота закроешь, – сказал Игорь. Он уселся за руль, повернул ключ, и двигатель огласил гараж бархатным ревом. Машина выкатилась во двор, Вестгейт поспешно запер гаражные ворота и прыгнул в приоткрывшуюся дверцу.
– В принципе это «Субару», – объяснил Игорь и нажал на газ. Вестгейт судорожно вцепился в ручку двери и попытался свободной рукой нащупать ремень безопасности. Когда ему удалось пристегнуться, на спидометре было сто двадцать, и машина со скрежетом и воем ныряла в очередной поворот.
– Что все это значит? – спросил Вестгейт. – Я думал, такое бывает только в дрянных боевиках.
– Ты, брат, молись, чтобы наш боевик оказался дрянным. Тогда мы останемся живы и здоровы.
– Откуда это все?
