Потому что органы – как дерьмом были, так им и остались. Пару лет назад из органов поперли его. И он еще легко отделался – Паше Абросимову дали восемь лет. Просто потому, что он был самым молодым из всех. Засыпались, прокуратура начала копать, а если есть дело – должен быть и приговор. Вот и сдали Пашу – просто потому, что он самый молодой, что он только что пришел в отдел и еще не успел набрать компромата на своих коллег и на начальство. Воровали все – а паровозом пошел Паша. Остальных перевели кого куда – а он ушел. Потому что задолбало.
А теперь товарищ полковник (или как теперь – господин полковник? пан полковник?) привычно орет на него и обливает грязью вместо того, чтобы чем-то помочь. Просто потому, что он всегда так делает. И не умеет по-другому. Твоя победа – моя победа. Твои проблемы – это твои проблемы. Так жил КГБ, и теперь так живет СБУ… МВД… все так живут. Потому что недостаточно сменить вывеску и флаг, чтобы что-то изменить. Наверное, ничего уже изменить невозможно.
– Все понял, пан полковник, – сказал он и первым отключился от связи, что вообще-то считалось большой наглостью.
Проблему придется решать ему.
– Иди сюда… – позвал он старшего группы и, когда тот приблизился, двинул ему в морду с левой. Он был левша, и удар у него был неожиданным.
– Сука. Кончить бы тебя прямо здесь и в шахту спихнуть.
Провалившийся наружник угрюмо молчал – он понимал, что если когда он состоял в штате, это была пустая, в общем, угроза, за потерю личного состава спросят, то как только он ушел на гражданку и стал делать то же самое, но за деньги – теперь его жизнь и ломаного гроша не стоит. Почему ушел? А что делать, если дети есть просят и жене сапоги купить не на что? Здесь в пять раз больше зарплата…
– Значит, так. Это точняк не коллеги были?
Старший имел в виду, что это могла быть и провокация местного УФСБ, о чем-то узнавшего. С местными никаких договоренностей не было.
– Нет.
– Точно? Сгною, если что.
– Да точно! Что я – бандюков от оперов не отличу?!
– Пасть захлопни! Отличатель! Если отличишь – чо туда сунулся-то?
…
– Значит, так. Заезжаешь в гараж, правишь машину – и с глаз моих долой. Перебирайся степью, дорогами не надо. В городе знаешь, к кому обратиться.
– А деньги? Вторая часть?
– В городе, в городе. И вторую и третью получишь.
Бывший эсбэушник больше решил не испытывать судьбу и отступил. Муфлон подумал, что все-таки эти эсбэушники козлы конченые. Были ими и остались. Вроде как раньше – КГБ, щит и меч, лучших отбирали. А по факту? Колоть интеля, где он «Архипелаг ГУЛАГ» взял, – это одно, а вот ты попробуй расколи вора со стажем лет в семьдесят. То-то же…
Надо было своих брать. Да не было под рукой. Они в Украине, там нужнее.
Ничего. Пронесет как-нибудь…
Гриб тоже поговорил по сотовому с Днепропетровском, благо покрытие тут было – трасса рядом, и спрос на сотовые услуги был. Оттуда выругали последними словами и приказали засветившимся валить с России и взять с собой машину. Машину оставлять было нельзя – в ней была спецаппаратура, хоть и устаревшая, но все еще рабочая, а другой все равно не было. Машину списали еще в девяносто втором году при приеме дел от КГБ в СБУ.
И вот это была очередная ошибка.
Засветившиеся в стрелке наружники – бывшие оперативники седьмого управления КГБ СССР не пострадали: на том, который спиной поймал пулю мелкашки, был уставной бронежилет «Кора» с вынутыми бронепластинами, «ТТ» он не удержал бы, но мелкашку удержал. Трое наружников кое-как починили машину в местном гараже (заменили колесо и выправили, как смогли, металл, чтобы не шкрябало и не рвало колесо) и отправились давно известным контрабандистам путем – через степь. Севернее это называлось Бамутским шляхом, а тут никак не называлось. Поскольку ехать в темноте без фар было невозможно без прибора ночного видения, которого у них не было, они включили фары. Очередная ошибка – надо было ехать днем. Это только кажется, что ночью ты не заметен – как врубишь фары, так тебя заметно, как плевок на обоях, намного дальше, чем днем. И ты не видишь, куда едешь и что впереди. А ночью еще и кратно увеличивается риск слететь с дороги, заблудиться, сломать машину.
Но они все равно поехали. Потому что профессионалами они не были и близко…
