Но вскоре стало ясно, что люди в штатском, как и гаишники, представляют правоохранительные органы. Первый из штатских людей, подбежавший к джипу, вынул удостоверение сотрудника милиции и произнес:
- Спокойно, не дергайтесь, мы из отдела борьбы с организованной преступностью.
Потапов дал команду охране убрать пистолеты и прочитал удостоверение мужчины в штатском, из которого следовало, что его владелец - капитан милиции по фамилии Чуриков.
- Что случилось, капитан? - спросил Потапов, возвращая удостоверение владельцу. - Похоже, я слишком надоел звонками вашему подразделению и вы решили в личной беседе объяснить мне, что этого больше делать не стоит?
Если говорить серьезно, то к вам в отдел я и собирался ехать.
- Вот и хорошо, как раз туда мы и собирались вас препроводить, послышался знакомый Потапову голос.
Из "уазика" вылез и подошел к джипу подполковник Левченко.
- Всем выйти из машины, - приказал Левченко, - предъявить документы.
- У вас что, подполковник, крыша поехала или вы фильмов про мафию насмотрелись? Что это за театральная постановка? - Потапов был ошарашен.
- Я велел всем выйти из машины и предъявить документы, - еще раз твердо сказал Левченко.
Потапов не стал спорить и, дав знак своим охранникам не сопротивляться, первым вылез из машины.
- Оружие и наркотики есть? - спросил Левченко.
- Оружие есть у охраны, к нему прилагается лицензия, - ответил Потапов, которого вместе с тремя его сотрудниками развернули лицом к джипу, выставив их всех четверых вдоль бортов машины, при этом руки заставили положить на затылок. - В моем же правом кармане вы найдете удостоверение депутата городской Думы, а также удостоверение советника вице-губернатора областного правительства. Если вы еще сегодня не видели этих документов, то обратите на них внимание, поскольку, как депутат городской Думы, я имею депутатскую неприкосновенность. Вы не имеете права меня задерживать и тем более арестовывать. Что же касается наркотиков, то это вопрос вообще неуместный.
Пока Потапов говорил, Левченко рассматривал вынутые из карманов задержанных документы.
- Все, что вы сказали, - не истина в последней инстанции, - произнес он спокойно. Выслушав Сергея, закончил свою речь:
- Подлинность вашей лицензии мы проверим. В свою очередь, закон разрешает нам проверять машины и документы даже депутатов. Об аресте же пока речь не идет.
- Спасибо на добром слове, - стоя спиной к Левченко, ответил ему Потапов, - вы меня обнадежили, подполковник. Теперь я точно знаю, что от попадания в лапы нашего ОБОПа не застрахованы никто: ни чиновники, ни политики, ни депутаты. Очень хочется надеяться, что и бандиты тоже, - с сарказмом закончил свою речь Потапов.
- Есть, товарищ подполковник, - вдруг неожиданно произнес один из подручных.
Он, засунув руку в карман, прикрепленный сзади шоферского сиденья, вынул оттуда небольшой пакетик с белым порошком.
- Вот и ваша версия насчет наркотиков не подтверждается. Что это, кокаин или героин?
Пораженный Потапов даже опустил руки и развернулся к Левченко, не обращая внимания на окрик одного из обоповцев:
- Руки на затылок.
- Ты что, стебанулся, подполковник? - гневно спросил Потапов. - Ты хоть понимаешь, старый мудило, что ты творишь?
На лице Левченко появилась злобная усмешка, он молча кивнул двум своим подчиненным, и те с силой поставили Потапова к машине.
- Ну вот, а вы говорили, что вопрос о наркотиках абсурден, насмехаясь, произнес Левченко. - В общем, так, Чуриков, оформляй протокол, гаишника бери в свидетели, потом всех к нам в отдел, там будем разбираться.
***
Через полчаса Потапов, его телохранители и шофер были доставлены в отдел по борьбе с организованной преступностью.
- В камеру их, - скомандовал Левченко, - допрашивать будем у меня в кабинете.
Однако допрос Левченко начал спустя лишь четыре часа после прибытия Потапова в отдел милиции.
Глаза Левченко были слегка покрасневшими и припухшими, похоже, он сумел поспать за эти четыре часа, которые Потапов провел в камере.
Это могло быть плохим признаком, поскольку похоже было на то, что Левченко уверен в том, что он делает, и спокоен за возможные последствия его затеи. А это могло означать, в свою очередь, что его кто-то сильно прикрывает.
На сей раз Левченко был более любезен с Потаповым, он предложил ему сесть и поинтересовался:
- Кофе не желаете?
- Не откажусь, если там нет цианида, - угрюмо огрызнулся Потапов.
За все четыре часа, проведенных в милиции, он не сомкнул глаз.
- Ну что вы, - усмехнулся Левченко, - как вам не стыдно, мы же все-таки здесь представляем закон.
- Это уж точно, - снова с иронией заявил Потапов, - я, например, представляю законодательную власть, а вы, подполковник, чьи законы отстаиваете?
Левченко хмуро усмехнулся и, подняв трубку, велел принести два кофе.
- Теперь я понимаю, - произнес Потапов, - почему не отпускают Титова и Пастухова.
- Они нарушили закон, - ответил Левченко, - а вы вместе с ними.
