— Ни того, ни другого, сэр, — покачал головой Сергей: — Душа она и так бессмертна, мне… Нам — тем, кто участвовал в Пальцах, проект так назывался — «Пальцы Господа», обещали бессмертие сознания.
— Это как?
— Ну, тело, вы же понимаете, сэр, оно стареет. Изнашивается, болезни там всякие. А Святой Престол обещал нам избавление от телесной оболочки и вечную жизнь в искусственном теле.
— Судья?
— Он был прототипом, — кивнул парень: — Но уже рабочим и практически готовым к массовому выпуску.
— Интересно, — пробарабанил пальцами по столу Люциус: — То есть вам обещали, в старости, как я догадываюсь, поместить мозг в подобное тело?
— Ага. В такое, или, но про это я мало знаю — слышал только название — проект «Адам», в живое, обычное — человеческое, тело. И так жить — меняя тела.
— И под это обещание, — посмотрел на него Сэм: — Ты и подписался пахать на Церковь, да?
— А кто бы отказался, — пожал он плечами в ответ: — Да и работа была интересная, платили хорошо, опять же. Вот только с кормёжкой не очень было. — При последних словах его живот издал характерный звук.
— Есть хочешь? — Тотчас участливо поинтересовался Жбан и протянул пирожок: — На ко, поешь. Организм молодой, ему питаться надо.
— А смысл? — передёрнул плечами, не одобряя действие штурмана, Сэм: — Всё одно в расход. Чего продукты переводить.
— На сытый желудок и умирать проще, — недовольно засопел толстяк: — И вообще, Сэм. Ты чего — хочешь паренька грохнуть? Он же рассказывает всё честно. Ты же откровенен с нами, да, Серёжа?
Серёжа быстро и часто закивал, торопливо прожевывая пирожок — говорить, как штурман, с набитым ртом, он не рискнул.
— Умирать никогда не просто, — потёр лицо ладонями, Сэм: — Уж поверь мне — я знаю. Доел? — поднял он глаза на парня: — Дальше пошли. Ты что делал? Конкретно — ты.
— Я модуль обработки информации делал.
— Подробнее.
— Информационные потоки, получаемые от внешних устройств, от разных, надо было синхронизировать и перевести из аналогового, — начал было пояснять он, но видя как поморщился Люциус, замолк.
— Проще объяснить можешь?
— Эээ… Ну сигналы шли из разных источников. От камер, микрофонов, датчиков дыма — я им вешал временной маркер и объединял в один поток. Так понятнее?
— Это ты про Судью?
— Да, сэр.
— Ясно.
— А мне — нет, — покачал головой Шнек: — Сэм, если ты понял — растолкуй.
— Он делал так, что мозг тот получал картинку со звуком и запахами от камер и прочего. Что происходит вокруг — то тот разум и видел, слышал и всё такое. Как мы сейчас. Понятно?
— Ого! Серьёзно… — во взгляде и голосе адмирала чувствовалось уважение к человеку, взявшемуся за подобную работу, причём к не только взявшемуся, но и сумевшему её выполнить.
— Это было не особенно сложно, — принялся оправдываться Пивиус: — Я же системами связи занимался, а там задачи похожие. Вот с переводом сигнала к конечному участку — к пользователю, ну — к мозгу, вот тут было сложно. Пришлось повозиться.
— Ладно. Хватит лирики и рассказов о героическом труде, — хлопнул ладонью по столу Сэм: — С Судьёй мне понятно. Микросхемы ты проектировал?
— Нет, что вы, сэр, — замотал головой парнишка: — Я только задачи ставил — схемы рисовал, блок схемы, ну — какие сигналы куда и как, а блоки эти — ну, что вы микросхемами называете, я их, мне привозили их. Уже готовыми, сэр.
— Где изготавливали?
— Не знаю, — развёл он руками: — Мне не интересно было, да и не моё это.
— Угу. Сколько Судей сделано?
— Всего четыре. Было. — принялся загибать пальцы Сергей: — Самый отлаженный прототип вы убили. Ещё два — ждут управляющие модули и один — в сборке.
— Управляющие модули — это мозги? — склонив голову к плечу спросил Сэм: — И как ты к этому относился? К мозгам — их же из живых людей брали?
— Да. А что такого? — удивился парень: — Это добровольцы были, ну, или — неизлечимо больные.
— В том Судье, — медленно, тщательно выговаривая слова, произнёс Люциус: — Был мозг ребёнка. Ты знал об этом?
— Ребёнка? Нет, что вы, — попытался рассмеяться, сведя услышанное в шутку, Пивиус: — Какого ребёнка, что вы! Только взрослые добровольцы — и их семьям мы, Церковь, то есть, хорошую премию выплачивала.
— Это был ребёнок. — Покачал головой Сэм: — Вон Док сидит, он врач, подтвердит.
— Эээ… Ребёнок? — Искоса, стараясь не встречаться взглядом со Жвалгом, осторожно глянул на него монах: — Вы не ошиблись?
В ответ, врач только покачал головой.
— Но этого не может быть! Нам же говорили, нам даже ролик показывали — как старика, парализованного берут на операцию — ну, по отделению…
— А ребёнка, скорее всего, — не обращая внимания на его слова, повернулся Сэм к Доку: — Я думаю или украли, или на рынке рабов купили. Хотя могли — как я и предполагал, — посмотрел он на Самсонова: — Типа на обучение взять. Последнее — даже лучше. Набрали, провели мед исследование и подходящих — под нож.
Да что вы несёте! — выкрикнул, ставший бледным как полотно, Сергей: — Это невозможно! Не-воз-мож-но! Святая церковь — никогда бы на подобное не пошла бы! Слышите?!
