Я оглянулся на колесо. Оно все-таки начало двигаться и, медленно – я бы даже сказал, величественно – вращаясь, с каждой минутой поднималось все ближе к гребню бархана.
– Убирайтесь отсюда! – не оборачиваясь, крикнул я Саре и Туку.
Колесо остановилось. Оно совсем немного не докатилось до гребня; скрытой от глаз оставалась лишь маленькая его часть. Конструкция оказалась просто гигантской и возвышалась чуть ли не до неба.
Теперь, когда появилась возможность получше все рассмотреть, я пришел к заключению, что, как ни странно, передо мной, судя по всему, и впрямь было самое настоящее колесо, а не что-либо, на него похожее. Широкий и толстый – около фута – обод, изготовленный из какого-то неизвестного материала, блестел очень ярко. Несмотря на свои внушительные габариты, колесо смотрелось весьма изящно. По мере продвижения обод захватывал песок и сбрасывал его сзади. В центре плавала зеленая ступица, именно плавала, потому что спицы, несмотря на огромное их количество, не удерживали ее на одном месте. Теперь я увидел, что поперек тонких спиц проходят совсем уж тонюсенькие проволочки (если, разумеется, это и впрямь была проволока), так что все пространство между ступицей и ободом сильно смахивает на паутину. Правда, сама ступица нисколько не напоминала паука. Это была просто какая-то зависшая в центре колеса сфера.
Я быстро глянул через плечо: моя команда уже успела уйти, только следы на песке остались. Я встал на ноги, легко и быстро съехал вниз по склону и, ориентируясь по следам, поднялся на следующий бархан. Вся компания уже находилась в ложбине, а колесо по-прежнему не двигалось с места. Я понадеялся, что на этом все и закончится: колесо прикатилось на разведку и теперь, убедившись в том, что мы не опасны, отправится по своим делам.
Я начал спускаться, а Сара карабкалась мне навстречу.
– Кажется, у нас появился шанс, – очень серьезно заявила она.
– Шанс свалить отсюда? – уточнил я.
– Этот ваш Ух… Вы же рассказали ему о том, что случилось. Похоже, он знает, что надо делать в таких ситуациях.
Это удивило меня до глубины души.
– Вообще-то, я даже не был уверен, что он понимает, о чем я ему говорю.
– Ух действительно не до конца все понял, но подробно нас обо всем расспросил, и теперь они вместе работают над ситуацией.
– Они? – удивился я.
– Тук и Джордж ему помогают. Джордж очень хорош в таком деле. Похоже, он способен внутренним взором различить дверь.
– Кто бы сомневался.
– Мне жаль, капитан, что вы столь предвзято относитесь к Смиту, – сказала Сара.
Времени на препирательства не было, поэтому я просто продолжил спуск.
Тук, Джордж и Ух сидели рядком на корточках, вернее, сидели первые двое, а Ух лежал на животе, потому что его короткие ножки ушли в песок. Монах смотрел в одну точку прямо перед собой, физиономия Смита была напряженной и в то же время вдохновенной. Ух выставил вперед подрагивающие щупальца.
Посмотрев в ту сторону, куда был устремлен взгляд Тука, я не увидел ничего особенного: просто поднимающийся к небу склон очередного бархана.
Я потихоньку встал позади них, Сара тоже подошла и застыла рядом со мной. Мы старались не шевелиться. Я не представлял, чем занята эта троица, но мешать им не хотел: если они думают, что есть шанс открыть эту дверь, я только за, пусть попытаются.
Вдруг щупальца Уха обвисли, а Тук со Смитом разом обмякли. Было очевидно, что их постигла неудача.
– Нам не хватает энергии, – посетовал Ух. – Вот если мы все вместе попробуем, то, возможно, тогда…
– Все вместе? – переспросил я. – Боюсь, от меня в данном случае будет мало пользы. Что вы, кстати, пытаетесь сделать?
– Мы направляем нашу энергию на дверь, чтобы открыть ее, – объяснил Ух.
– Она еще там, – объявил Джордж. – Я чувствую ее края.
– Мы можем попытаться. Нельзя упускать такой шанс. – Сара села на корточки рядом с Ухом и уточнила: – Что конкретно от нас требуется?
– Постарайтесь представить дверь, – сказал Тук.
– А потом потяните ее на себя, – добавил Ух.
– Интересно, каким образом? – спросил я.
– Силой мысли, капитан. Это тот самый случай, когда грубость и мускулы бесполезны, – съязвил Тук.
– Брат Тук, ваше замечание неуместно, – холодно промолвила Сара.
– Отчего же? С тех пор как мы сели на корабль, этот тип только и делает, что орет, хамит и постоянно нас шпыняет.
– Тук, – возразил я, – если ты и впрямь так считаешь, то, как только мы отсюда выберемся…
– Замолчите оба! – перебила меня Сара и похлопала ладонью по песку. – Капитан, прошу вас.
И я, чувствуя себя конченым идиотом, тоже присел на корточки. За всю свою жизнь я ни разу не сталкивался с таким откровенным проявлением тупости. О, никто не сомневается, что где-то на просторах Галактики существует раса, представители которой, используя свои ментальные способности, могут творить чудеса. Но мы-то простые люди (в данном случае все, за исключением одного), а наши соплеменники никогда ни в чем таком замечены не были. Хотя от уникумов, вроде Тука с Джорджем, всего можно ожидать.
– А теперь давайте предельно сосредоточимся и все вместе ясно увидим дверь, – скомандовал Ух.
