- Мой род берт свое начало еще во времена предшествующие Империи! Я родился на севере, в городе Гальтаг, на острове Готтерберг, где до сих пор стоит поместье моей семьи. - Фалкон немного смутился. - Точнее теперь там заправляет моя двоюродная сестра и ее муж, нам, храмовникам, не нужно ничего, кроме того, что дает нам Гирит Защитник. Наша семья это братья по ордену.
- Судя по твоему тону и кислой физиономии, этого не скажешь, - хихикнула Миаджи.
- Что поделать, - пожалуй, это был первый раз, когда гиритец ответил демонице без явной ненависти в голосе. - Меня забрали в орден с самого детства, и я не успел вкусить прелестей состоятельной жизни.
- Но был бы не прочь? - Губы Миаджи растянулись в улыбке.
- Даже не пытайся сбить меня с истинного пути, предначертанным мне Защитником. - Покачал головой Фалкон. - Мои мирские желания несущественны и для меня нет высшего блага, чем защищать народ Светлых земель. Я гиритец и я щит своего бога.
- Да-да, - важно закивала демоница, явно передразнивая храмовника. - Никаких мирских желаний, только добрые помыслы. Ведь помыкание остальными жителями Светлых земель - это всего лишь необходимость! Кто-то же должен слизывать грязь с ваших сапог и кланяться вам, лишний раз, проверяя на прочность камни брусчатки своим лбом.
- Умолкни, порочное исчадие Бездны, - вопреки гневным словам, Фалкон вздохнул. - Мне и самому не нравится это подобострастное обращение ко мне и братьям. Заметь, оно не нравится не только мне, но и остальным храмовникам, взять, к примеру, эту лачугу, - гиритец развел могучими руками. - Стража так суетилась, что преподобному Алектису пришлось на них даже прикрикнуть. Они собирались уступить нам свои казармы, но пастырь настоял на этом месте, заявив, что нам нужен лишь ночлег и еда. Он даже запретил стражникам привести тут все в порядок.
- Зная отношение в Ариарде к вашему ордену, я удивлена, что не увидела здесь пары сотен верующих, вылизывающих пыль собственными языками. - Не удержалась от ехидства Миаджи.
- А я удивлен, почему я или кто-то еще из моих братьев до сих пор не укоротил твой не в меру длинный язык. - Фалкон потянулся и стул под ним скрипнул.
- Простите ее, - Кисара зажала рот протестующей демоницы ладонью. - Девочка совершенно не умеет себя вести, но я над этим работаю.
- Если она откажется повиноваться, просто отдай ее в нашу ближайшую обитель. - Посоветовал ветеран.
- Вы говорили, что ваши предки знали Аларда Дария? - южанка решила перевести тему на ту, что интересовала ее больше остальных.
- Ну, началось, - Таллаг страдальчески закатил глаза. - Я спать, - сообщил он всем, поднимаясь из-за стола. - Откровения утомили меня.
- Я думаю, мы все решили? - Фалкон взглянул на зверолюда и тот, после недолгих размышлений, кивнул.
- Я постараюсь не держать зла на тебя и твоих братьев. Но знай - вы, по-прежнему, мне не нравитесь. - С этими словами Таллаг пересек комнату. Стянув сапоги и улегшись на дальнюю кровать, он отвернулся ото всех, накрывшись с головой шерстяным одеялом.
- С вашего позволения, я, тоже, отойду ко сну, - Калеос, пошатываясь, встал и под смешки своей сестры добрался до одной из кроватей, на которую незамедлительно и упал, забывшись сном.
- Мелковат эльф, вот и сморило, но держался до последнего, - Фалкон улыбнулся. Сейчас он совсем не казался храмовником, разумеется, если не брать в расчет его размеры. Обычный седой воин, не больше ни меньше. - Может, и ты уберешься с глаз долой? - Монах взглянул на показавшую ему язык Миаджи. - Что ж, Гирит, я приму это испытание, так же, как и те, что были до него. - Храмовник вздохнул.
- Так что на счет Аларда Дария? - Кисара заняла место Таллага и с любопытством взглянула на гиритца.
- Думаю, что все известное мне, можно найти и в писаниях, хранящихся в архивах Фририарда, - Фалкон еще не знал, что ненароком затронул любимую тему южанки и что та, вопреки своим страхам перед орденом, так просто не сдастся.
- Мало ли, вдруг там что-нибудь упустили? - Кисара подлила храмовнику вина.
- Это так важно для тебя? - гиритец с явным одобрением смотрел, как уровень жидкости в его кружке приближается к ровным краям. - Алард Дарий в одиночку одержал верх над принцем-демоном, в то время как все мы едва справились с одним опустошителем, а ведь это лишь одно из его деяний. Храмовник назвал недавно убитого демона обозначением, принятым, как среди его ордена, так и среди демонологов. Так называли огромных тварей, используемых в качестве основной ударной силы выходцами из Бездны.
Опустошитель значительно превосходил своих собратьев в силе, но был абсолютно лишен возможности мыслить, руководствуясь лишь своими кровожадными инстинктами. Обладавший поистине чудовищной силой и живучестью, этот вид демонов, к счастью для жителей Светлых земель, не очень часто выбирался из врат в Бездну. Чаще их них на свет лезли орды демонов поменьше, но и их было достаточно, чтобы сеять вокруг хаос и смерть.
