— ...Потом поливаешь сверху соусом, но не обильно, а так, чтобы он слегка побежал по бокам. Вот это и будет настоящая свининка по-силвердальски, — закончила Дженна и, обернувшись, увидала подле себя Аткаса. — Так. Ты, парень, бери ноги в руки и бегом во двор. Там тебя ждет моя горничная, Эста. Вам надо будет съездить на местный рынок. Вот список продуктов, которые надо купить. Все ясно?
Аткас уже хотел было разозлиться — в самом деле, как смеет какая-то пигалица указывать ему, что делать! — но вовремя вспомнил о том, что ведьма неизмеримо выше его по положению, а к тому же Экроланд принял ее в дом экономкой, посему ему пришлось прикусить язык. Тим подмигнул ему и сунул в руки большой ломоть хлеба, намазанный маслом. Под пристальным взглядом Дженны юноша все съел и запил молоком. Едва дождавшись, пока он дожует, девушка принялась легонько подталкивать его к двери, словно домашнюю скотину. Скривившись, он вышел во двор.
Серый рассвет сменился хмурым днем. Под густым покровом облаков невозможно было определить, как высоко встало солнце. Того и гляди, небеса начнут сыпать снежной крупой, а то и похуже: выплюнут мерзкую кашу из снега и воды.
Эста поджидала Аткаса возле запряженной повозки. Чтобы не мерзнуть, девушка переминалась с ноги на ногу и дышала в кулачки. Понурая лошадка косила печальным глазом. Аткас рассеянно погладил ее по носу и спросил:
— Так мы что, отправимся на рынок не своим ходом?
Девушка хихикнула, залезая в повозку:
— Удивлен? Небось, никогда не служил у знатных господ! Нам столько всего накупить надо, что нипочем на своем горбу не дотащим! Да и дорога долгая. Давай сюда список и залезай на козлы. Леди Ивесси велела не мешкать.
«Леди Ивесси! — возмущенно подумал Аткас, занимая место кучера. — Тоже мне, нашлась принцесса! Да стоит мне сказать этой дурехе, что ее госпожа — ведьма, тут такой визг поднимется! Посмотрим, кто тогда будет заплетать так называемой леди косы на башке».
Путь до Вусэнта занял не больше двух часов. Аткас скумекал, что вчера вечером они ехали еще меньше, просто от усталости ему показалось, что дорога длилась много часов. Эста развалилась на скамейке позади, ровно какая знатная дама, и непрерывно болтала, ухитряясь то и дело указывать, какой дорогой ехать, хотя путь был прямой, словно стрела.
Распогодилось. Облака незаметно рассеялись, обнажив бескрайний голубой купол. Весеннее солнце начало припекать. Лошадка шла, никуда не торопясь, медленно обходила ямы и рытвины, пару раз даже попробовала остановиться пощипать прошлогодней пожухлой травки, обнажившейся из-под сугробов, но Аткас лениво понукал ее, и она покорно шла дальше. Под мерное движение Аткаса разморило, он стал клевать носом и проваливаться в тягучую дрему. Сил хватало только на то, чтобы временами лениво открывать один глаз и следить за лошадкой, а то она запросто могла свернуть на одну из многочисленных дорожек, вливающихся в их дорогу.
Из сонного состояния Аткаса вывели подозрительные шорохи в кустах у обочины. Он насторожился, привстал, оглядываясь назад. Эста, спрятав руки в муфту, мирно дремала. Послышались треск веток, невнятная брань, и на дорогу, ломая кусты, выбрались крепкие низкие мужчины числом не меньше десяти. Что-то в их облике показалось Аткасу странным, но увидев, что все как один вооружены кто чем: ржавыми мечами, топорами, а кое-кто и кирками, юноша выхватил кинжал и приготовился сражаться до последнего.
Мужчины окружили повозку, и Аткас понял, что ему показалось странным: росточка они оказались крошечного, самые высокие едва доставали до середины борта.
— А ну выкладывай деньги, не то умрешь! — пробасил один из них, выхватывая поводья лошадки и грозно топорща белую бороду.
Аткас уже было намеревался спрыгнуть с козлов и принять неравный бой, а то и дать деру, как сзади послышался спокойный, чуть сонный голос Эсты:
— Господа, мы из поместья Гурда. Пропустите нас, пожалуйста, а то мы очень торопимся.
Мужчины окинули их суровыми взглядами из-под косматых бровей. Эста ткнула Аткаса в спину и передала ему горсть медных монеток. Аткас, чувствуя себя крайне глупо, ссыпал деньги в руку одного из нападавших, одетому в кольчугу, в которой зияли прорехи. Тот с поклоном отступил с дороги, давая знак своим сделать то же самое:
— Езжайте с миром! Я вас запомнил, обратно поедете — не тронем.
Они с шумом скрылись в кустах.
Аткас пришел в себя и оглянулся на свою спутницу, которая, зевая, беспечно рассматривала окружающую местность.
— И кто это были, Свардак их побери?
Девушка вздернула бровь, потом усмехнулась:
— Как кто? Гномы.
Аткас подумал, что ослышался. Гномы в его представлении не были такими... такими обыденными и грубыми, что ли. Все гномы, про которых он слышал (а слышал, само собой, из уст бардов, поющих сказания и легенды), были героями и трудягами, которые сражались с ужасными Подземными Магами, в перерывах между славными битвами добывали из земных недр руду, драгоценные камни и аслатин, а в тяжкое для людей время вставали на их сторону в борьбе против эльфов.
