Затем он быстро взобрался на дерево и уселся в удобной развилке, откуда поляну, на которой остановились паладины, было видно как на ладони. Первым делом в поле зрения попали привязанная к дереву девушка и готовящийся к пыткам инквизитор. Как жаль, что эту сволочь приказано оставить в живых. Но ничего, он свое все равно получит. Эльф оскалился и смазал наконечник первой стрелы очень интересным ядом, который знали только в Эльваране. Пузырек в поясной карман он припрятал заранее. На всякий случай. Этот яд убивал не сразу, а через полгода, причем умирал отравленный чрезвычайно неприятным способом, сгнивая заживо. Тинувиэль наложил стрелу на тетиву и выстрелил. Стрела вскользь задела руку инквизитора. Тот отчаянно завизжал и попытался спрятаться за ближайшим деревом. Принц едва слышно рассмеялся – все, святоша, ты уже мертв, только еще не знаешь об этом. Стрелы летели одна за другой, на поляне поднялась паника, солдаты бросались со стороны в сторону, пытаясь спастись. Однако офицеры быстро навели порядок, принявшись отбивать стрелы мечами. Да, паладины полного посвящения на многое способны. Пора самому браться за мечи, стрелять дальше смысла не имеет. Тинувиэль обнажил картаги и мягко спрыгнув на траву, оставив лук и котомку на дереве. Потом вернется.
Из леса на поляну одна за другой выскальзывали фигуры в грязно-зеленых, пятнистых комбинезонах и масках, скрывающих лица, и накидывались на солдат и паладинов. Первых резали, как свиней, бедняги вообще не успевали ничего сделать, только покорно умирали, зато со вторыми приходилось повозиться. Но против двух-трех горных мастеров даже паладин полного посвящения долго продержаться не мог.
Командир отряда сопровождения, полковник Рекст Охайрон, сражался с одним из пришельцев, отчаянно защищая свою жизнь. Он почти уверился, что перед ним горный мастер, никто не другой не может так владеть мечами. Только фигура врага настораживала, какая-то она была обманчиво хрупкая. Отчаянным выпадом офицер задел врага, и с лица того упала маска. Рекст едва не выронил меч, увидев наполненные яростью миндалевидные глаза и острые уши эльфа. Поняв, что разоблачен, перворожденный мелодичным голосом прокричал: «Элтиэ аль диль атэль!», и отпрыгнул в сторону, мгновенно исчезнув в зарослях. Вслед за ним скрылись и остальные нападающие.
Оставшиеся в живых шестеро солдат, офицер и инквизитор долго приходили в себя. То, что пленница куда-то пропала, она заметили далеко не сразу. Впрочем, не до нее как-то было. Слишком уж ошеломляющей оказалась страшная истина, что эльфы вышли из своих заповедных лесов и вступили в союз с империей еретиков, которую сами же когда-то объявили злом. Собрав стрелы, выпущенные из леса, офицер окончательно уверился в своих выводах. Перворожденные! Никто иной. Видел в старых книгах рисунки таких стрел, их только эльфы и делали, точнее, выращивали каким-то образом.
– Немедленно в главный лагерь! – глухо приказал инквизитор, едва успев перевязать себе руку. – Хоть один должен дойти и сообщить.
– Ночь… – поежился офицер. – Светоч Веры, идти по этому лесу ночью – самоубийство.
– Значит выходим, как рассветет, – сказал тот, немного подумав. – К обеду доберемся к основному лагерю шестой армии, если поспешим.
Они не знали, что никто их больше не тронет, диверсионные группы имели постоянную связь друг с другом, и в каждой знали какой отряд можно бить, а какой не стоит.
Затаившаяся в удобной развилке ветвей пума встрепенулась и проводила взглядом пронесшихся мимо нескольких странных существ. Они прыгали с дерево на дерево, передвигаясь с невероятной скоростью. Это что еще за новости в родном лесу? Животное недоуменно почесало задней лапой ухо и решило на всякий случай сменить место ночлега. Мало ли что. Непонятные ведь твари. Пахнет как от двуногих с острыми палками, но двуногие не умеют прыгать с ветки на ветку в кронах деревьев. Да еще и ночью! Да еще и так быстро, что не уследишь. Нет, это что-то новое, а раз так, то неприятное и опасное. Пума зло мяукнула и с сожалением оставила привычное, давно излюбленное место, отправившись на поиски нового.
Храт прыгал с ветки на ветку все так же быстро, но чувствовал, что начинает понемногу уставать. Отбитую у инквизитора жертву привязали ему на спину, как самому сильному. Орк не протестовал, не Энета же нагружать, графенок еще слабоват будет. Сам-то вон как летает, но с грузом за полчаса несчастных сдохнет, мало его мастер Кертал гонял, мало. Однако же девица тяжеленькая попалась. Здоровая дылда, почти с него самого ростом. Но не трусит, висит себе на спине, смотрит на пролетающие мимо с дикой скоростью кроны деревьев и молчит. Не орет, как орала бы на ее месте почти каждая. Это вызывало уважение, тем более, что пленница была в сознании, вертела головой, дергалась, из-за чего Храт пару раз едва не свалился вниз. Приказал дуре не шевелиться, она в ответ послала его куда подальше на неизвестном языке. Явно послала, интонации были соответствующие. Характерец, похоже, еще тот.
