Несмотря на прогресс, правительство никогда не забывало, что этот объект стоит на территории неспокойной. Поэтому и охранялся он на славу. Два высоких забора из колючей проволоки (второй — под током), контрольно-следовая полоса, вышки охраны с пулеметами на них. Отдельный армейский батальон охраны, на вооружении которого были даже бронетранспортеры. Серьезная пропускная система — этот объект считался неприступным, по крайне мере для террористического нападения. Задачей охраны, в случае даже массированной атаки было продержаться час, максимум два до подхода подкреплений. Но те, кто проектировал систему безопасности этого объекта, рассчитывали на борьбу с террористами, с мятежниками, с кем угодно — но не с враждебной армией. Казармы, где располагалась охрана, и ангары с техникой располагались в стороне от зданий собственно самой станции и были уязвимы для высокоточных средств поражения.
Дорога к станции шла по узкой, не больше семи километров шириной долине, с одной стороны тяжко дышало море, с другой — высились горные хребты. До станции было около трех километров.
— Стоп!
Водитель остановил машину
— Что случилось? — агент повернулся к сидевшему у самой двери (быстрее выпрыгнуть, если что) спецназовцу. Дальнейшего плана операции он не знал, он просто знал, что они проникнут на станцию, а потом он должен будет предъявлять требования русистам, пока спецгруппа удерживает станцию.
Первый лейтенант Тимоти Лири взглянул на часы. Две минуты до расчетного времени. Ракеты должно быть вот — вот стартуют и больше всего первый лейтенант боялся того, что одна из них наведется на грузовики. Этого не должно было быть — но на войне случается всякое. Было бы глупо и обидно погибнуть от своей же ракеты…
— Вот они!
Крылатая тактическая ракета "Си Томагавк" летит на высоте десять метров над землей, в полете увидеть ее вряд ли возможно. На этот раз к цели летели сразу несколько ракет, прокладывая путь по командам системы наведения. Систему наведения в этот раз программировали вручную — вымеряли до десятых и сотых координаты целей в системе GPS, вводили полученные со спутников данные. Очень плохо было, что налет намечался ночью, нельзя было использовать телевизионную систему наведения — когда боеголовка опознает цель по спутниковой фотографии. Но дневной налет сулил проблемы сам по себе — ночью вся охрана за исключением дежурной смены однозначно будет в казарме, а днем мало ли кто куда разбредется. Даже один человек может такие проблемы создать, что…
Первая ракета, снаряженная боеголовкой объемного взрыва навелась точно на казарму. Те, кто спал в ней даже не успели ничего понять: боевой блок с грохотом пробил крышу и через несколько секунд лопнул адским огненным шаром, пламя с температурой больше двух тысяч градусов слизнуло всех, мгновенно превратив в жирный черный пепел. Объятое пламенем здание, разорванное объемным взрывом изнутри, словно в замедленной съемке стало оседать, рушиться.
Еще две ракеты забрались повыше и лопнули над своими целями на высоте сто метров, выбросив из своего чрева с десяток автономных самонаводящихся элементов весом несколько десятков килограммов каждый. Выбросив небольшие парашютики, эти самонаводящиеся элементы бесшумно, неотвратимо заскользили к земле — и через несколько секунд волна взрывов накрыла ангары с техникой. Можно было, конечно использовать эту технику, все равно к этому времени никого из экипажей не должно было быть в живых, но, поразмыслив, планировщики операции решили не рисковать. Русские были известны своей непредсказуемостью, это не немцы. А если кто-нибудь решит заснуть в ангаре с техникой, а не в казарме. А потом, когда казармы будут уничтожены, выкатит на улицу БМП, да и вдарит прямой наводкой по прорывающимся на территорию грузовикам? Лучше не рисковать и уничтожить технику, все равно русские должны сдаться, а не штурмовать станцию.
Оставшиеся четыре тактические ракеты повели себя странно. Каждая из них взяла свой курс — и вел он к периметру станции, к сторожевым вышкам, к датчикам, к ощетинившемуся стальными колючками забору. Каждая ракета пролетела на высоте примерно пятьдесят метров над своей стороной периметра, выбрасывая один за другим небольшие стальные цилиндрики, каждый из которых весил полтора килограмма. У этих цилиндриков не было стабилизирующих падение парашютиков, по сути это были увеличенные в размерах гранаты. Падая, они мгновенно взрывались, уничтожая все на своем пути. В несколько секунд неприступный периметр объекта исчез в огненной строчке разрывов.
Не прошло и минуты — а охрана станции была уничтожена. Полностью.
Первый лейтенант Лири щелкнул по закрепленному на горле микрофону, привлекая внимание остальных.
— Всем вперед! Огонь на поражение без команды!
