Глазам своим не верю – и в самом деле петух. В Бейруте бойцовый петух иногда продавался на базаре по цене малолитражки, а петушиные бои – одно из любимых развлечений в мусульманских кварталах. Да и вообще с приходом русских на Востоке петушиные бои превзошли по популярности даже скачки – все дело было в том, что с выигрышей на скачках взимался пятидесятипроцентный налог, государство за этим строго следило. А за петушиными боями с такими же денежными ставками – попробуй-ка уследи…
Вот разорался-то. Радуется, что выжил? Клетка стоит на одном из балкончиков – чудом уцелела птица. Старомодная такая клетка, круглая…
Реально – чудо. Даже знак какой-то.
Надо идти…
Извиваясь, как змея, прополз немного по чему-то, когда-то бывшему тротуаром, заполз за машину – крупный, на вид почти квадратный внедорожник из САСШ, как и все машины на этой улице, обгоревший, простреленный и на спущенных шинах. Стоит он очень удачно – пол-улицы перекрывает.
А пол-улицы – нет…
Осторожно поднялся, прижался спиной к еще теплому, шершавому, покрытому гарью металлу, в последний раз огляделся.
Решился – бросился вперед, метровыми прыжками, последний прыжок, уже падение – я завалился за противоположный ряд машин. И уже в падении, в коротком, на миг, полете я услышал, почувствовал – то самое.
Вот эта пуля – разминувшаяся с моей буйной головушкой буквально на пару сантиметров, точно была – моя. Пролетев совсем рядом, она с глухим стуком ударилась о кузов машины…
Снайпер…
И все-таки он просек, куда я пошел. Просек, что попытаюсь его обойти. Просек даже, где именно я попытаюсь пересечь проулок – конечно же, в самом узком месте, там, где второпях припаркованная машина его почти напополам перекрывает. Засек – и стал ждать. И если бы надо мной не горела с детства Полярная звезда[178] – скорее всего, здесь бы я и лег…
Повоюем…
Промежуток между машинами и зданиями узок и безопасен. Здания – там тысяча мест, где можно спрятаться, хороших – несколько десятков. Но и для вражеского снайпера – раздолье впереди. Те же тысячи мест, откуда можно вести огонь. Впереди для него – свои, для меня – чужие. Время – непонятно, в чью пользу играет, может, в мою, может, – в его. Когда здесь будет десант или бронегруппа – непонятно, может, через пять минут, может, – никогда. Рассчитывать, как и всегда в разведке, – только на себя…
Рисковать я не стал – в развалины на противоположной стороне улицы заполз аккуратно, не давая снайперу возможности поохотиться. Тем не менее он выстрелил еще раз, опять в поразительной близости от меня – хотя и выше, достать меня он не мог из-за машин. Сразу же впереди застучали два пулемета – обычный и пару раз выстрелил крупняк…
У него что – ночной прицел? Очень точно для ночного времени стреляет, подозрительно точно. Или – что похуже? Хотя профессионал в этом случае не стрелял бы, второй выстрел – серьезная ошибка.
Пора скоординировать действия…
– Бобр, ответь Ворону.
– Бобр на приеме!
– Снайпер дальше от вас, точное местоположение не установлено.
– Ворон, мы его засекли. Держим!
– Хорош стрелять! Если вы его не положили – он уже ушел. Держитесь в здании, не высовывайтесь. Не подставляйтесь, он еще жив.
– Твои предложения?
– Я пока не вышел на позицию. Выйду – оборёмся[179] и дальше по обстановке.
– Принял! Конец связи!
Неверный попался везучий – первый раз она стреляла в него там, в развалинах, – он даже не заметил пули, выбившей огрызок кирпича у него над головой – рядом бил пулемет, и, видимо, ее пуля просто прошла незамеченной. Второй раз она стреляла уже в него целенаправленно – после того, как она подстрелила командира десантников, не насмерть, но серьезно, она поняла, что он пойдет охотиться за ней. Вычислила, где он пересечет переулок – ему, как и любому нормальному снайперу, нужна была чистая линия огня – и выстрелила. На сей раз она не пыталась ранить, она хотела убить. Но неверный ушел и в этот раз. А ей пришлось срочно менять позицию – благо в стенах домов были пробиты лазы, по которым можно было перемещаться. И сейчас она ползла, каждый раз вздрагивая, когда пуля крупнокалиберного пулемета пробивала несколько стен, одну за другой, выламывая сразу по нескольку кирпичей. Они ее не видели – но случайно подстрелить могли…
Интересно – это все-таки он или нет?
