Я глядел на него, не в силах отвести взгляд. Его уродство притягивало своей омерзительностью. Даже не знаю, что хуже: лишиться руки, как я, или получить столь омерзительное уродство, как у него. Взгляд у напарника был отрешенным, он словно совсем недавно прибывал в трансе и до конца как следует не вышел. Похоже, рассудок его тоже слегка помутился. Проверять его «Телепатией» я не стал, незачем теребить пси-защиту, организму и так сильно досталось.
Виллис заметил, что я на него пялюсь, и усмехнулся:
— Смею предположить, что ты удивляешься, какой же образиной я стал. Это неудивительно. Как ни странное, но меня это не беспокоит. Окажись я на Зеро, то быстро бы решил эту проблему, — он поднял руку и указал пальцем на свою обожженную щеку. — У нас лучшие пластические хирурги и биоинженеры в Федерации. За неделю бы вырастили мне новую кожу.
— Тогда что же тебя беспокоит? — спросил я.
— Мое прошлое.
— Не понял.
— На позапрошлой локации с камнями я ведь вошел в контакт с монолитом. Помнишь?
— Ты был первым из нас, — кивнул я. Виллис так и не рассказал нам, что он видел.
— У меня тоже было три желания на выбор. Этот голос… не знаю, как локсийцы все это сделали, но этот голос знал обо то, о чем я всегда старался не думать. — Напарник поморщил здоровую половину лица и посмотрел себе пол ноги. — Он дал мне выбор: увидеть то, что было; увидеть то, что могло бы быть, не соверши я тогда предательства против Федерации; и увидеть то, что случилось бы, донеси я на них руководству.
— И что ты выбрал?
— Вариант прошлого, где я не предаю Федерацию, где не передаю наши разработки Империи. Знаешь, что в этом случае произошло?.. Вернее, что могло бы произойти, не соверши я всего того, что совершил?
— Ты не пошел бы в армию и не попал бы в плен, — предположил я.
— Нет, — покачал головой он. — Все намного серьезнее. Война бы не началась. Понимаешь? Вообще бы ничего этого не было!.. Я все время старался себя убедить, что мое предательство, мой вклад в дело Империи — пустяки, что локсийцы все равно бы начали войну и без моей помощи. Но… нет. Не передавай я им те проклятые данные, ничего бы этого не случилось.
— Да нет же, — покачал головой я. — Голос из монолита показывал только предполагаемое будущее, ну или в твоем случае — прошлое. Альтернативное прошлое. На самом деле все могло быть иначе.
— Ты знаешь, что он показал правду. Знаешь лучше меня! — повысил голос Виллис. Глаза его гневно блеснули, хотя в них по-прежнему было мутно. Я впервые видел его таким взволнованным и не совсем адекватным.
— Ладно, уймись, — махнул рукой я. — Что было, то было. Сейчас ничего не изменишь.
— Верно, — закивал напарник. — Все думают, что причина войны в политических разногласиях государств, в планетах, в ресурсах… но правда в том, что причина во мне. — Он ударил себя в грудь. Почти прокричал: — В человеке, который сидит перед тобой. Я — причина войны! Я погубил столько жизней и еще погублю! Я всему виной!
— Все, тихо! — осадил я его, тоже повысив голос и добавив в него стали. — Можешь думать что угодно, но лучше будет, если будешь молчать. Понял меня?
Виллис смотрел мне в глаза, но взгляд его словно проходил сквозь меня.
— Уймись, сейчас же, — медленно и настойчиво проговорил я. И это сработало.
Пыл Виллиса начал угасать, он весь осунулся, словно из него вытащили всю жесткость.
— А теперь иди спать. Завтра тяжелый день. Хочешь искупить свою вину?.. Так выживи в завтрашнем раунде. А для этого тебе нужно как минимум выспаться.
Напарник не проронил больше ни слова. Встал и послушно поплелся в свою ячейку.
Я посидел за столом еще несколько минут, думая о состоявшемся только что разговоре, а потом тоже отправился в койку.
Платформа медленно выехала в просторное светлое помещение. Даже не помещение, а огромный куполообразный ангар. По периметру он был окружен толстым порогом в метр или чуть более высотой. Стены были выкрашены в светло-коричневый цвет. Вогнутый потолок состоял из множества прозрачных пластин, сквозь которые отчетливо просматривался крупный диск солнца, выкатившегося на светло-фиолетовое небо. Не понятно, голограмма это была или нет, но выглядело правдоподобно. Почва под ногами была мягкая, состоящая из мелкого, но грубого песка.
— Это арена, — сказал Перк, озираясь.
— Безмозглая ты обезьяна! Здесь повсюду Арена, — усмехнулся Ролдан.
— Я имею в виду, что это площадка для битв, придурок! — огрызнулся азиат.
— Да тут что ни локация, то площадка, — возразил Ролдан.
— Перк прав, — вмешался я и указал на дальнюю сторону локации. — Видите ворота? Оттуда должны выходить враги.
— Решетчатые, прямо как в древних фильмах, — кивнул Виллис. Выглядел он намного лучше, чем вчерашним вечером. Ожог на лице, конечно же, никуда не делся, но заметно затянулся. Да и взгляд стал живее.
— Это что же за гиганты должны быть, если судить по воротам? — цокнул языком азиат.
— Для тебя с твоим ростом кто угодно будет гигантом, — усмехнулся Ролдан.
— Да пошел ты!.. По сравнению с тобой любое насекомое — интеллектуал, — парировал азиат.
