- Ну, само название зависит от точки зрения. От системы координат, если хотите, - заметил Павел Петрович. - Вы хоть и ученик Строгановых, а в своих произведениях фактически выдвинули альтернативу их миру. Альтернативу полдням будущего столетия. Мир стабильности и порядка, основанный на общих интересах множества простых людей. Очень приятный и хороший мир. Мир, в котором хочется жить. Мир, который большинство ваших читателей захотят строить уже сегодня.
- А мне уготована роль прораба...
- Проектировщика, - поправил Павел Петрович. - Прорабами будут другие, Николай Львович. Я и мои коллеги, например.
- Логично, - кивнул я. - В любом проекте могут быть недоделки...
- Могут, - согласился Павел Петрович. - Да и мусор нужно периодически убирать. Те самые щепки, которые летят при рубке леса... Итак, как я понимаю, вы согласны с моим предложением слегка подкорректировать будущее, Николай Львович?
Его лицо озарилось лукавой улыбкой.
А что я мог ответить? Сказать "нет" и сгинуть безвестно в какой-нибудь сибирской глуши? Или все-таки продолжать творить? Творить, чтобы постепенно создавать мой собственный мир, мое собственное будущее?
...Эх, коньячка бы сейчас! Честное слово, полжизни отдал бы сейчас за маленькую рюмашку коньячка! Какое-то наваждение... Закрываю глаза и вижу бутылку коньяка. И пять звездочек на этикетке!
Июнь 2001 года
Ч У Ж И Е: У К Р А И Н С К И Й В А Р И А Н Т
(Рассказ из цикла "Про перцовку и сало")
I
Тварь прилетела на Землю из космоса. Миллионы лет ее носило где-то в межгалактических пространствах, перебрасывало гравитационными волнами от звезды к звезде, пока не прибило к границам Солнечной системы. Ей понадобилось еще несколько десятков лет, чтобы добраться от заледеневшего безжизненного Плутона к теплой и живой Земле.
В течение этих неисчислимых миллионов лет твари не нужна была никакая пища. Ей вполне хватало для поддержания жизнедеятельности собственных энергетических ресурсов. Но все же и жизненные ресурсы не беспредельны. Когда тварь, свернувшись в плотный комок, нырнула в атмосферу третьей от Солнца планеты, она почувствовала, что вместе с потоком газов, омывающих раскалившееся от трения о воздух тело, ее начинают покидать и последние силы.
