К несчастью, когда ребёнку исполнилось три года, женщина в результате возникшего кризиса потеряла работу, а после и жильё; погибла она после достижения ребёнком четырёхгодовалого возраста от голода и обморожения, пытаясь согреть своё дитя собственной одеждой. После мальчика забрали в детский приют.
Малыш нуждался хоть в капле человеческого внимания, нуждался в минимальной заботе и защите.
Но проходило время, а ничего не менялось. Мальчик поступил в школу, начал прилежно учиться, чтобы на него хоть кто-то обратил внимание; к тому времени практически все дети, так или иначе, нашли свои семьи, а он так и оставался никому не нужный, брошенный на произвол судьбы; вдобавок мальчик подвергался насмешкам и даже избиениям из-за своего происхождения. Это сейчас приюты активно меняются и реставрируются, каждому ребёнку даётся то, чего он хочет, а вот то, что в них происходило лет сорок назад, стыдливо умалчивается всеми.
В тот момент ребёнок сделал логический вывод: если он никому не нужен, то кроме него самого о нём никто не позаботится. Но ему нужен тот, кто способен был понять мальчика, защитить его от этого жестокого и несправедливого мира, взять на себя роль и родителя, и близкого друга, и брата, и компаньона, растущего вместе с мальчиком.
Именно тогда ребёнок стал выдумать себе тот непостижимый образ — идеал, кроющийся внутри него самого; он стал думать, что он не один — рядом с ним всегда был кто-то незримый — тот, кого нельзя ощупать, увидеть, но можно почувствовать и услышать. Этот незримый никогда не предаст, не уйдёт, не покинет тебя тогда, когда ты нуждаешься в помощи больше всего. Дэспертар был рождён в мальчике под давлением отчаяния, горя и большой нужды в защитнике. В противном случае судьба мальчика, скорее всего, была бы не из лучших.
Изначально Дэспертар был таким же любопытным и боязливым ребёнком, как его первая личность. Он рос вместе со своим другом в одном теле, будучи его постоянным собеседником, поддержкой и защитником: в моменты, когда мальчику угрожала опасность, Дэспертар, с согласием первой личности, перехватывал контроль над телом и рассудком, в конечном итоге или исправляя ситуацию, или же принимая на себя тяжкие удары. И он ничего не спрашивал с малыша, поскольку его роль была оберегать его от самых смертельных опасностей.
Но чем больше проходило времени, чем взрослее становился ребёнок, тем больше менялись личности внутри одного тела. Если первая личность парня воплощала в себе грубость, жёсткость, но не лишена была честности с искренностью, то Дэспертар, выступающий альтер-эгом, олицетворял хитрость, хладнокровие и практически полную беспринципность. Особенно ярко эти отличия проявились во время Оппозиционной Войны, когда первенство над рассудком и телом впервые установил Дэспертар. Во время войны он проявил невообразимое количество жестокости, что потом долгое время жалел об этом и решил загладить свою вину. Он всмотрелся в причины этой войны и нашёл в ней одного виновного — государство и государственный аппарат. Посылающая на убой людей и богатеющего с этого система должна реформироваться, стать другом для человека, а не быть для него врагом или, что ещё хуже — рабовладельцем.
Само собой столь масштабные перемены не могли не обеспокоить первую личность парня, понимающего, к чему всё ведёт; она попыталась ограничить Дэспертара, некогда своего защитника, друга и брата, свою вторую часть души, что вылилось в постоянные переходы между личностями, периоды помутнения сознания и даже случайные, хаотичные случаи потери памяти: во время перехода из одного состояния в другое тело могло частично или полностью о том, что делала прошлая личность. Дошло до того, что Дэспертар и первая личность парня едва не разбились, чуть не забыв друг о друге. Это объясняется тем, почему Дэспертар долгое время не знал о конкретных действиях первой личности владельца тела, а та об его.
Тем не менее, Дэспертару удалось совладать с собой: в этом ему помогла любящая жена, знавшая и об его первой, и о второй личностях; свою немаловажную роль здесь сказала также поддержка нескольких остальных близких ему людей. До сих пор полноценно осознавать себя и не терять память удавалось лишь самому Дэспертару, но он стал замечать, что первая личность тела тоже начинает постепенно скрепляться, обретая воспоминание и осознание. Совсем скоро в один день они снова схлестнутся друг с другом…
— Герра Дэспертар! — отчеканил один из сотрудников офиса, когда Дэспертар, задумавшись, прибыл на четвёртый этаж. — Срочно требуется доложить!
— В чём дело, герра Мякинен? — повернулся к нему мужчина.
