— В этом вся и разгадка: я использовал один из инструментов государства, бизнес, против него же самого. Никто не мог этого ожидать: самая богатая денежная отрасль страны выходит из под контроля. Мне кажется, если нынешняя власть Нирнвики не смогла совладать даже с этим, то они просто позеры, а не правители. У них была возможность поймать меня до нынешних событий или закрыть мой теневой бизнес раньше, чем я бы вышел на свет. Но они не сделали этого. Они посчитали меня за угнетаемого всеми малого бизнесмена. Вне сомнения, я был когда-то раньше таким. Но времена меняются.
Шенер и Джейкл, преодолев большое расстояние, зашли в одну из случайных комнат, где вовсю трудились сотрудники Шаклза. Прямо на глазах у Джейкла они, при помощи лишь пары инструментов под рукой, собирали вычурное, модифицированное стрелковое оружие, сделанное на заказ по чертежам. Некоторые сотрудники отвлеклись, дабы поприветствовать своего лидера, махнув его рукой. Бизнесмен ответил им аналогичным жестом, после чего выпрямил ладонь, указывая на всех работников в комнате:
— Взгляни на них всех повнимательнее, Джей. У каждого из этих работяг есть свои семьи или, по крайней мере, любимые, родные, друзья; у каждого из них есть то, за что он борется, у каждого из них есть нечто ценное, за что он бы отдал душу. Каждый из них хочет приносить пользу, взамен получая вознаграждение, соизмеримое с приложенным ими трудом. Но ещё они хотят справедливости. Как для себя, так и для других себе подобных людей. Они искренне верят и симпатизируют моим идеям. Халлинтоеллин — это не просто союз разных компаний и рабочих предприятий; Халлинтоеллин — это идея. А идею нельзя уничтожить, — Франц повернулся к Арканцеву. — Все эти люди доверились мне. На моих плечах огромная ответственность. Я не могу подвести ни себя, ни их, потому что зачем тогда всё это совершалось?.. я не могу отступить, Джей. Я не могу обречь всех их.
— Понимаю, — склонил голову Арканцев. — И тем больнее, что придётся это сделать.
— Джейкл, я ведь не просто так тебе всё это рассказываю, — Шенер печально покачал головой. — Не воспринимай нас, как за преступников и злодеев; мы — лишь отщепенцы общества, нашедшие своё счастье в том, чтобы помогать остальным, таким же страдающим и нуждающимся, — вздыхает бизнесмен, взгляд которого мгновенно стал стеклянным и устремился в никуда. — Я не хочу давить, дружище, но тебе придётся сделать свой выбор. Я могу тебе рассказать всё в подробностях, обойти каждый закоулок офиса и мы затянем время до следующей ночи, это не проблема. Однако бесконечно долго удирать не получится. И ты это прекрасно знаешь.
Агент не нашёл, что ответить на такую речь. Ему симпатизировали идеи Франца, в ином другом случае он бы с радостью к нему присоединился. И тогда у Дэспертара будут все шансы на победу. Джейклу очень хотелось верить в его теорию, Шаклз говорил от чистого сердца, сейчас ему врать Арканцеву не было ни малейшего смысла. К тому же агент, как его давний приятель, мог с уверенностью уловить, когда Шаклз лжёт, а когда говорит правду. Объективно говоря, он никогда не лжёт, но он всегда что-то недоговаривает и вкладывает в свои слова иной смысл.
Но здесь Джейкл не чувствовал ни того, ни другого. Он будто общался с душой самого Франца, настолько чистой казалась его речь. Почему же он не встанет на его сторону? Да, в дальнейшем возникнут трудности с Элиасом и с остальными членами Спецслужб, но будущему агенту Халлинтоеллина удалось бы переубедить их и показать всё на прямом опыте. К тому же сейчас Лехтонен, в основном, доверяет и подчиняется Джейклу — если он увидит своего друга в рядах Дэспертара, то ему не будет смысла дальше самому находится в Комитете.
Однако в этом и кроется основная деталь: на Мэйнайо возложили такие же надежды, как и на Дэспертара.
Агенту доверились практически все, от гражданских до полицейских, от сотрудников комитета до лояльных Нирнвики политиков и высокопоставленных государственных лиц. Фактически, сейчас Мэйнайо воплощает собой целую сторону и он не может предать доверие тех, кто на него возложил надежды. Он такой же заложник чужих чувств, как Шенер или Фидель. Главное отличие Джейкла от этих двух в том, что он не является основоположником собственной идеи: не делает никакого акцента на своё личное социально-культурное мировоззрение, не ведёт за собой миллионы людей, не готов идти на огромные жертвы ради попытки изменить мир. Он обычный человек, полицейский, оказавшийся в эпицентре событий и от действий которого сейчас зависят миллионы судеб.
