-- Невозможно, чтобы сэръ Флоріанъ могъ подарить въ минуту нѣжности такую цѣнную вещь, разсуждалъ лордъ Фаунъ; -- онъ никогда-бы не заказалъ для ожерелья несгараемый ящикъ съ тѣмъ только, чтобы поставить его въ женину спальню. Зачѣмъ-же она приглашала оцѣнщика? Зачѣмъ она только и думаетъ, что о своемъ сокровищѣ? Положимъ, что такому бѣдному, бережливому пэру, какъ я, простительно ежеминутно думать о деньгамъ, но чтобы такая молодая женщина, какъ леди Эстасъ, только и твердила о брилліантахъ -- непостижимо!
Всѣ эти мысли наполняли голову лорда Фауна во время краткихъ минутъ отдыха, когда, отправивъ цѣлую кипу бумагъ, подписанныхъ имъ въ канцеляріи министерства ост-индскихъ дѣлъ, онъ вставалъ съ кресла и, въ ожиданіи новаго дѣла, становился спиной къ пылающему камину. Мозгъ его туго воспринималъ каждую мысль, но овладѣвъ ею, онъ уже могъ хорошо переварить ее.
-- Да, она корыстолюбива и безчестна! говорилъ самъ себѣ лордъ Фаунъ, стоя предъ огнемъ.-- Но что всего хуже -- она осмѣлилась въ лицо назвать меня трусомъ за то, что я не соглашался поддерживать ея корыстныхъ, фальшивыхъ и безчестныхъ дѣйствій! А между тѣмъ, она все-таки моя невѣста!
Въ эту минуту въ воображеніи лорда пронесся образъ нѣкоей Віолеты Эфингамъ, которую онъ когда-то любилъ, и въ то-же время шевельнулось въ его сердцѣ горькое сознаніе, что онъ черствъ и эгоистиченъ.
-- Что же мнѣ теперь дѣлать? спрашивалъ себя лордъ въ волненіи.-- Конституція нашей страны требуетъ существованія фамиліи лордовъ Фаунъ; поколѣніе это можетъ быть продолжено только въ томъ случаѣ, если я женюсь; жениться-же на бѣдной я не могу. Простолюдинъ -- другое дѣло: тотъ женится на комъ хочетъ.
И говоря это, онъ выпустилъ полу сюртука изъ рукъ и началъ тереть себѣ лобъ, какъ-бы желая прогнать мучившія его мысли. Огонь ярко пылалъ въ каминѣ, спиной къ которому стоялъ злополучный женихъ, размышляя о своемъ тяжеломъ положеніи, а на столѣ кабинета давно уже лежала новая груда бумагъ, дожидавшихся подписи. День былъ субботній, засѣданій въ палатѣ не было, а потому спѣшить изъ канцеляріи не предстояло надобности. Кабинетъ, занимаемый лордомъ Фауномъ, состоялъ изъ большой, богато убранной комнаты, окнами выходившей въ Сен-Джемскій паркъ. Оглядѣвшись кругомъ, помощникъ государственнаго секретаря невольно вздохнулъ и сказалъ самъ себѣ, что счастье свое онъ долженъ искать тутъ, а не у домашняго, спокойнаго очага. Палата пэровъ, откуда никто не имѣетъ права его удалить, офиціальная жизнь, въ которой онъ можетъ вращаться, пока силъ на то хватитъ,-- вотъ гдѣ долженъ заключаться весь его міръ. Онъ посватался за эту женщину и обязанъ на ней жениться; по его мнѣнію, онъ не имѣетъ даже возможности уклониться отъ брака съ нею. Доходами своими она станетъ поддерживать его домъ, а тамъ, можетъ быть, родятся маленькіе лорды Фауны. Нѣтъ сомнѣнія, что женитьба на Віолетѣ Эфинганъ поставила-бы его въ гораздо лучшее положеніе въ свѣтѣ; но что-же дѣлать, если онъ ей не понравился. А какъ-бы онъ любилъ ее, какъ-бы былъ вѣренъ такой хорошей женѣ! Слезы повисли на рѣсницахъ бѣднаго лорда, онъ поспѣшно вытеръ ихъ и, сѣлъ подписывать свою груду бумагъ. Читая офиціальное письмо, заключающее въ себѣ инструкцію по поводу распоряженій насчетъ требованій сааба, лордъ Фаунъ поневолѣ вспомнилъ о Франкѣ Грейстокѣ и о его кузинѣ. Было время, когда ему казалось, что Франкъ и Лиззи сдѣлаются мужемъ и женой. Громкое проклятіе противъ Франка вырвалось въ эту минуту изъ устъ помощника государственнаго секретаря, а между тѣмъ, это проклятіе вѣрно превратилось бы въ благословеніе, если-бы Франкъ вздумалъ избавить теперь лорда Фауна отъ его нареченной невѣсты. Вдругъ дверь въ кабинетъ отворилась и лакей доложилъ, что м-съ Гиттевей дожидается въ пріемной. Лордъ, конечно, праказалъ просить ее немедленно. М-съ Гиттевей была женщина умная и энергическая, далеко не то,что всѣ прочіе члены семьи Фауновъ. Въ настоящую минуту она преступала къ дѣлу, которое требовало большой твердости и умѣнья. Обѣщавъ матери, что она передастъ Фредерику все, что она думаетъ о его нареченной невѣстѣ, м-съ Клара явилась сюда для приведенія въ исполненіе даннаго обѣщанія. Утромъ она послала записку къ брату, приглашая его къ себѣ на обѣдъ; но онъ отказался, говоря, что слишкомъ занятъ. Тогда сестра сама отправилась въ Викторія-Стритъ, на квартиру къ брату, но тамъ его ужъ не было, въ клубѣ онъ еще не могъ быть, слѣдовательно, рѣшила м-съ Гиттевей,-- онъ у себя въ канцеляріи. Смѣлая женщина съ первыхъ-же словъ заговорила о женитьбѣ брата, не считая нужнымъ поздравлять его съ этимъ счастіемъ.
-- Милый Фредерикъ, начала она, усаживаясь въ кресла,-- ты знаешь, что мы всѣ живемъ и дышемъ только тобой.
-- Что ты хочешь этимъ сказать? перебилъ братъ.
-- То, чтобы ты на меня не сердился, если я позволю себѣ вмѣшаться въ твою будущую судьбу и выражусь, можетъ быть, рѣзче, чѣмъ слѣдуетъ сестрѣ.
-- Другими словами, ты хочешь сказать мнѣ что-нибудь непріятное? замѣтилъ лордъ.
-- Да, Фредерикъ, до меня доходятъ самые дурные слухи о леди Эстасъ.
