The Eustace Diamonds Издание Е. Н. Ахматовой. С.-Петербургъ.
РОМАНЪ
ИЗДАНІЕ
Е. Н. АХМАТОВОЙ.
С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
ПЕЧАТАНО ВЪ ТИПОГРАФІИ Е. Н. АХМАТОВОЙ, ДМИТР. ПЕР., Д. No 17.
1872.
Всѣ друзья Лиззи Грейстокъ и даже враги ея -- которые были гораздо многочисленнѣе и дѣятельнѣе первыхъ -- сознавались, что она устроилась очень хорошо. Мы разскажемъ исторію Лиззи Грейстокъ съ самаго начала, но не станемъ, такъ распространяться о ней, какъ распространялись бы, еслибъ любили ее. Она была единственная дочь адмирала Грейстока, котораго послѣдніе годы его жизни очень стѣсняла дочь. Адмиралъ любилъ вистъ, вино -- и вообще разгулъ всякаго рода -- и добивался только того, чтобъ хорошо прожить каждый день. Говорили, что ему удалось, и что даже на смертномъ одрѣ онъ не разставался съ вистомъ, виномъ и всякимъ разгуломъ. У него не было состоянія, а между тѣмъ его дочь, едва выйдя изъ дѣтства, разъѣзжала повсюду въ брилліантахъ на пальцахъ, въ красныхъ камняхъ на шеѣ, въ желтыхъ камняхъ въ ушахъ и въ бѣлыхъ камняхъ въ черныхъ волосахъ. Ей только-что минуло семнадцать, когда отецъ ея умеръ, и ее взяла къ себѣ ея сварливая старая тетка лэди Линлитго. Лиззи предпочла бы поселиться у какой-нибудь другой родственницы или знакомой, имѣвшей домъ въ городѣ. Дядя ея, деканъ Грейстокъ, въ Бобсборо, взялъ бы ее къ себѣ и на свѣтѣ не было женщины добродушнѣе жены декана -- и три пріятныя, кроткія дочери декана нѣсколько разъ старались подружиться съ своей кузиной Лиззи, но Лиззи желала для себя жизни получше той, которую она вела бы въ домѣ декана въ Бобсборо. Она ненавидѣла лэди Линлитго. При жизни отца, когда она надѣялась пристроиться до его смерти, она не имѣла привычки скрывать свою ненависть къ лэди Линлитго. Лэди Линлитго дѣйствительно была нелюбезна и съ ней ужиться было не легко. Но когда адмиралъ умеръ, Лиззи, не колеблясь ни минуты, переселилась къ старой каргѣ, какъ она имѣла привычку называть графиню въ своей перепискѣ съ бобсбороскими дѣвицами.
Адмиралъ умеръ кругомъ въ долгахъ -- въ такихъ большихъ долгахъ, что надо удивляться, какъ лавочники вѣрили ему. Буквально ничего не осталось ни для кого и господа Бартеръ и Бенджаминъ въ Старой Бондской улицѣ соизволили явиться въ домъ лэди Линлитго въ Брукской улицѣ и просили, чтобъ брилліанты, доставленные ими въ этомъ году, были имъ возвращены. Лиззи увѣряла, что у ней брилліантовъ нѣтъ -- то-есть нѣтъ брилліантовъ значительныхъ, такихъ, какихъ стоило бы возвращать. Лэди Линлитго видѣла брилліанты и потребовала объясненія. Они были отданы, по приказанію адмирала -- такъ говорила Лиззи -- въ уплату другихъ долговъ. Этому лэди Линлитго не вѣрила, но она не могла добиться правды. Въ то время брилліанты были заложены, потому что Лиззи были нужны деньги. Надо же было платить за нѣкоторыя вещи -- напримѣръ горничной; надо же имѣть деньги въ карманѣ на поѣздки по желѣзнымъ дорогамъ и на бездѣлушки, которыя нельзя брать въ долгъ. Когда Лиззи минуло девятнадцать лѣтъ, она, такъ же какъ многія дѣвушки, умѣла обходиться безъ денегъ, но были такія потребности, которыя она должна была исполнять, долги, которые даже она должна была платить.
Однако, она не прекратила знакомства съ господами Бартеромъ и Бенджаминомъ. Не прошло и восьми мѣсяцевъ послѣ смерти ея отца, какъ она вела уже переговоры съ мистеромъ Бенджаминомъ по одному небольшому дѣлу. Она сказала, что пріѣхала къ нему, какъ только сдѣлалась совершеннолѣтней, и готова взять на себя отвѣтственность за долги, подписать всякій вексель, всякую росписку, какихъ потребуетъ отъ нея фирма. Разумѣется, у ней не было своего собственнаго ничего и не будетъ никогда. Это Бенджаминъ зналъ. Что касается уплаты долга лэди Линлитго, которая для графини могла назваться нищей, Лиззи знала навѣрно, что мистеръ Бенджаминъ не ожидалъ ничего подобнаго. Но...
Тутъ Лиззи замолчала, а мистеръ Бенджаминъ съ сладенькой и остроумной улыбкой намекнулъ, что можетъ быть мистрисъ Грейстокъ выходитъ замужъ. Лиззи съ милымъ дѣвическимъ румянцемъ согласилась, что такая катастрофа очень случиться можетъ. За нее сватался сэр-Флоріанъ Юстэсъ. Мистеръ Бенджаминъ зналъ, какъ знали всѣ, что сэр-Флоріанъ Юстэсъ былъ дѣйствительно очень богатъ, вовсе не имѣлъ долговъ и могъ заплатить по всякому счету, представленному ювелирами, какъ бы ни былъ онъ великъ. Чего же желала мисъ Грейстокъ? Бенджаминъ не предполагалъ, чтобъ мисъ Грейстокъ просто руководило желаніе заставить своего будущаго мужа уплачивать по ея старымъ счетамъ. Мисъ Грейстокъ желала только сдѣлать заемъ достаточный на то, чтобъ выкупить свои брилліанты. Тогда она дастъ обязательство на всю сумму сполна. Мистеръ Бенджаминъ сказалъ, что онъ желаетъ навести справки.
-- Но вы меня не выдадите, сказала Лиззи: -- потому что моя свадьба можетъ разойтись.
