Кто-то. Какой-то человек. Замотанный в серый плащ, и поймавший меня в последнюю секунду.
Я моргнула, и рядом проявился второй человек – тоже серый, но какой-то менее заметный. Словно размытый. То ли есть, то ли его нет.
– А… – всё-таки начала я, но…
– Бежим! – рявкнул первый, и сорвался с места довольно бодро.
Меня накрыла голодная слабость, недавние волнения тоже видимо сказались – я реагировала на происходящее в целом спокойно. Обвила руками шею то ли спасителя, то ли похитителя, прижалась так, чтобы не выронил, и прикрыла глаза.
Побег через небольшой парк закончился запихиванием меня в закрытую, лишённую опознавательных знаков карету. Второй человек, который всё это время бежал рядом с первым, запрыгнул вслед за мной и крикнул вознице:
– Гони!
Ещё миг, и карета не просто тронулась – сорвалась с места, словно круп лошади прижгли раскалённым железом. Я набрала побольше воздуха и выдохнула в лицо замотанного во что-то серое «второго»:
– Ты кто?
– Я? – поразился собеседник. – Алексия, ты вообще в себе?
***
– А потом она спрашивает: ты кто? – вещал парень, которого, как я теперь знала, зовут Артур.
Высокий. Симпатичный. Аристократ.
– Меня тоже не узнала! Представляете? – радостно сообщал другой. Помз. – Я её, значит, выдернул, пройдя по самому краешку защиты, поймал, а она только глазами хлопает. Мол, впервые вижу.
Помз тоже был аристократом. Выше, чем Артур, но смазливой мордашкой создатель не одарил.
Третьим героем миссии по спасению «девицы в беде» являлся «возница», его звали Нэйлзом. Из примечательного, Нэйлз был рыж, и рыжина такая, что понятно без слов.
Но плевать! Родство Нэйлза и Дрэйка никакого значения не имело. Здесь и сейчас я просто отмокала от пережитых приключений. Лежала на видавшем виды диване, в стороне от всей компании, и пила пятую чашку чая. И доедала двадцатый, наверное, бутерброд.
А в паре метров от меня, в гостиной приютившего нас подозрительно-неблагополучного дома, расселись человек двадцать. В основном парни. Девчонок, если не считать меня, было всего три.
Выглядело сборище занятно – молодые, разномастные и, невзирая на попытки демонстрировать брутальность, по-благородному утончённые. А вот пространство напоминало базу панк-группы – мебель побитая, окна зашторены, на стенах, прямо поверх обоев, граффити разной степени кривизны.
Как поняла, здесь обитала местная андеграунд-тусовка, и Алексия Рэйдс имела к ней какое-то отношение.
Народ набился в гостиную уже после того, как явились мы. Помз произвёл некие манипуляции со стоявшим в углу кристаллом, и спустя полчаса в дом потянулись люди. Один за другим.
Все были возбуждены и рады, меня искренне поздравляли с побегом, а я общаться пока не спешила. Только поесть попросила, потому что уже не могла.
Теперь наблюдала и, опять-таки, переваривала информацию. Моё прибитое состояние было очевидно, поэтому меня не торопили, но в какой-то момент Артур не выдержал, повернулся и спросил:
– Так чего ты так долго? Мы уже решили, что передумала, что согласна остаться со стариком.
При упоминании Бертрана меня перекосило. И да, я снова оказалась в ситуации, когда пришлось импровизировать:
– Я почему-то подумала, что вы не придёте.
– Мы? – оскорбился Помз.
– Да мы уже три дня тебя караулим, – принялся объяснять Артур. – Сегодня ночью у дома ждали, но ты так и не вышла.
Мм-м…
– А почему вы сами в особняк не вошли? – аккуратно поинтересовалась я.
Как по мне, украсть из фамильного гнезда Рэйдсов было гораздо проще. Слуг там считай нет, а с магией Помза можно взлететь на второй этаж. Подняться, подхватить меня, и всё. Никаких проблем.
Вот только…
– Шутишь? – Артур помрачнел. – На особняке такая защита, что не пробиться. Только если сама выйдешь.
Всё. Мне надоело быть осторожной, а непониманий стало слишком много. Я на мгновение зажмурилась и сказала:
– Тут кое-что ещё… Я вчера головой ударилась, а до этого Офелия поила какими-то подозрительными пилюлями. Теперь у меня провалы в памяти, и мысли путаются.
Народ дружно застыл.
Одна из девчонок пробормотала что-то про вчерашнее падение, и, приглядевшись, я поняла, что её лицо мне знакомо. Кажется, она тоже была на приёме.
– Я не шучу, – снова подала голос я. – С момента вчерашнего обморока я помню свою жизнь фрагментами. И скорее не помню, чем помню.
Новая пауза, и Артур застонал:
– Одно лучше другого. Алексия, ты самая невезучая леди нашего мира.
– Давай ты не будешь говорить такое даже в шутку? – напряглась я.
– Алексия действительно сильно ударилась, – встряла та самая девушка. – Но пилюли… Даже не знаю.
Мысль, что проблема именно в пилюлях, была коллективной. Никто даже не усомнился, что это они, вкупе с падением, дали такой эффект.
Это было прекрасно, ведь теперь я могла спросить напрямую:
– Так что за защита на особняке Рэйдсов?
– Обычная, родовая, – сказал Артур. – Но очень сильная, ведь у истоков рода стояли сильнейшие маги.
Занятно.
– А почему не выкрали раньше? – задала новый вопрос я. – Вне особняка? Например вчера мы с Офелией шли по городу пешком, абсолютно беззащитные.
Помз фыркнул:
