– Поэтому бюро решило взять на себя обязанность вас охранять, – мягко, но решительно сказал спецагент Уоррен. – Десяток агентов будут следить за вами двадцать четыре часа в сутки, таким образом охрана будет более профессиональной и более эффективной.
– Нет, – отрезал Дар.
Сидни, Жанетт Паульсен и Джим Уоррен непонимающе уставились на него.
– Я буду работать в вашей спецгруппе при единственном условии, – сказал Дарвин, обращаясь к Сид, – что вы снимете с меня этот круглосуточный надзор. И отзовете своих телохранителей. Договорились?
– Вы не упоминали прежде, что будете ставить свои условия, – заметила Сид.
– А теперь ставлю. Одно-единственное. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.
Уоррен покачал головой.
– Доктор Минор, вы должны довериться нам. У нас есть опыт по защите свидетелей и…
– Нет, – оборвал его Дарвин. – Я не шучу. Раз уж я работаю вместе с вами, мне необходима такая же степень свободы, как и вам. Кроме того, мы все знаем, что никакие телохранители не смогут защитить жертву от талантливого снайпера или того, кто жизнь готов положить ради этого убийства.
Наступило молчание. Наконец Сид сказала:
– Нам придется согласиться на ваш… ультиматум, Дарвин. Но лишь потому, что ваше объяснение разумно. Кто же это… Кажется, президент Кеннеди сказал: «Если двадцатый век чему-то нас и научил, так это тому, что можно убить кого угодно».
– Не Кеннеди… – начал Джим Уоррен.
– Майкл Корлеоне… – продолжил Дар.
– В «Крестном отце два», – закончил агент ФБР.
– Господи, вы смотрите «Крестного отца», – поморщилась Жанетт Паульсен. – Как там в фильме… забыла название… с Мег Райан и Томом Хенксом… Вы думаете, что все на свете можно объяснить цитатами из трех серий «Крестного отца».
– Только из двух, – откликнулся Дарвин.
– Третий – уже ерунда, – кивнул Уоррен.
– Я его даже не считаю, – согласился Дарвин.
– А я делаю вид, что его вообще и не было, – сказал Уоррен.
– Вы закончили? – строго спросила Сидни. – Или хотите привести еще какой-нибудь диалог из «Крестного отца», подходящий к случаю?
Дарвин взъерошил свою короткую стрижку, чтобы придать ей хотя бы видимость пышности и произнес хрипловатым голосом Аль Пачино:
– Как раз когда я собираюсь выйти из дела, они загоняют меня обратно.
– Эй! – возмутилась Паульсен. – Так не честно! Это из третьего фильма.
– Ну, эта цитата – исключение, – снисходительно оправдал Дарвина Уоррен.
– Пока, мальчики, – махнула рукой Сидни.
– Ты слышал? – вскинулся Дар. – Они, значит, могут называть нас мальчиками, а назови мы их девочками, могли бы нарваться на судебное преследование.
– Я давно уже поставил себе за правило, – вздохнул Уоррен, – никогда не называть женщину с пистолетом на поясе девочкой.
Он посмотрел на часы.
– Не хотите перекусить, доктор Минор? Я слышал, здесь неподалеку неплохое местечко, где подают хорошее жаркое, совсем как в Канзас-Сити.
– Есть, – согласился Дар, – с удовольствием присоединюсь к вам.
Он махнул на прощание рукой двум женщинам, которые застыли у стены в укоризненных позах учительниц начальных классов – скрестив руки на груди.
– Э-гей, – пропел спецагент Уоррен хорошо поставленным красивым голосом, удачно подражая толстяку Клеменца. – Оставь пистолет, принеси-ка канноли.
К тому времени как Дарвин и агент Уоррен пообедали, деловой центр Сан-Диего начал пустеть, все служащие скопом ринулись за город, по домам.
Еще сидя за столом, Уоррен сказал:
– Бюро сделает все возможное, чтобы помочь вам, доктор Минор.
– Мне нужны все сведения, касающиеся Павла Зуева и Юрия Япончикова, – поспешил воспользоваться его обещанием Дар. – Собранные не только ФБР, но и ЦРУ, Агентством национальной безопасности, Интерполом, Моссадом – короче, все, что есть.
– Едва ли я добьюсь разрешения показать вам даже часть досье из ФБР, – неуверенно начал Уоррен. – И почему вы решили, что у нас есть доступ к израильской базе данных?
Дарвин одарил его в ответ невозмутимым взглядом.
– И для чего все эти сведения гражданскому лицу? – продолжил агент ФБР.
– Потому что это гражданское лицо дважды пытались прихлопнуть эти русские джентльмены, – мягко сказал Дарвин. – И эти сведения помогут выжить этому вышеозначенному гражданскому лицу.
Уоррен скривился так, словно глотнул уксуса, но потом кивнул:
– Хорошо, я постараюсь добыть для вас эти документы. Но обещать ничего не могу.
– Договорились, – сказал Дарвин.
– Может, вам нужно что-нибудь еще? – улыбнулся Уоррен. – Вертолет, например… или связь со спутниками-шпионами?
– Пойдет, – кивнул Дар. – Но вот что действительно необходимо – это «Мак-Миллан» М1987-Р.
Спецагент добродушно засмеялся, но тут же оборвал смех, когда понял, что Дарвин и не думал шутить.
– Это невозможно.
– Возможно, но сложно.
– По закону гражданское лицо не может владеть таким оружием, – отрезал Уоррен.
– А я и не собираюсь им владеть, – терпеливо пояснил Дар. – Просто возьму на время, а потом верну.
До самого окончания обеда Уоррен пораженно качал головой.
– Я попробую достать вам документы, но что касается «Мак-Миллана»…
– Или чего-то в этом роде, – подсказал Дар.
