Отделение сейфа было глубоким и просторным, перегороженным несколькими металлическими полками. На полочках лежали документы, дискеты и фотографии. Но Дарвин достал длинный футляр орехового дерева с ручкой. Внутри, на подкладке зеленого войлока, лежала разобранная и завернутая в пластик снайперская винтовка «М-40» – армейский вариант классической спортивной винтовки «Ремингтон-700».
Дарвин погладил деревянный приклад оружия, затем достал из гнезда оптический прицел «редфилд». Посмотрев через него, он вернул прицел на место. Защелкивая замочки на футляре, Дар услышал громкий стук во входную дверь.
Дар вышел из подвала, прихватив с собой футляр, запер стальную дверь и поднялся по лестнице. Кто-то изо всех сил барабанил в дверь хижины. Он закрыл люк и вернул ковер на место. Потом прикинул, не стоит ли собрать винтовку при такой яростной осаде, но сперва выглянул в окно.
Вздохнув, Дарвин спрятал футляр с оружием под нижнюю книжную полку и пошел открывать.
– Ты живой? – воскликнула Сидни.
В правой руке она сжимала свой «ЗИГ-зауэр». Костяшки левой руки, которой она, видимо, и колотила в дверь, были в крови.
– А что со мной могло случиться? – спросил Дарвин, пропуская ее в дом.
– Почему ты не открыл мне сразу?
– Я был в ванной.
– Неправда, – возмутилась Сид. – Я обошла дом и заглянула в то окошко. Тебя нигде не было.
Дарвин знал, что из окон нельзя увидеть вход в подвал, даже если крышка люка будет распахнута.
– Два часа назад ты сказала, что не будешь следить за мной, – напомнил он. – А теперь ты заглядываешь в окна моей ванной!
Сид вспыхнула. Краска залила ее лицо и шею, пока она засовывала пистолет в кобуру и застегивала пуговицы на пиджаке.
– Я вовсе не следила за тобой. Я пыталась дозвониться на твой сотовый, но он был отключен. Я попробовала позвонить на номер твоей хижины, но ты не отвечал.
– Да я всего несколько минут здесь, – удивился Дарвин. – Что стряслось? Что-то произошло?
Сидни обвела взглядом комнату.
– Можно мне стакан виски?
– Мы же за рулем, – заметил Дар. – И мне еще возвращаться домой. Я скоро поеду обратно.
– Я узнала, что такое костюм Гилли, – задыхаясь, как от быстрого бега, промолвила Сид. – И я узнала про Далат.
«Я никогда не рассказывал Барбаре про Далат, – думал Дарвин, разливая напитки и занимаясь приготовлением спагетти. – Я ни о чем ей не рассказывал, хотя мы были так близки. Ни ей, ни Ларри. Никому».
«Все изменилось, – возразил он сам себе. – Недавно тебя пытался убить русский снайпер. Ладно».
В полной тишине они с Сид чокнулись бокалами, выпили. А потом Дар, обуреваемый невеселыми мыслями, принялся готовить еду.
Далат был – и есть – вьетнамский город у подножия горы Ланг-Бианг, расположенный в пятидесяти милях от побережья. В 1962 году президент Кеннеди и правительство Соединенных Штатов, чтобы поддержать главу южновьетнамского правительства – Дарвин запамятовал его имя, – предоставили стране плутоний и другие радиоактивные материалы и помогли запустить ядерный реактор в Далате.
Первым направлением в области использования ядерной энергии этого реактора было производство радиоизотопов и развитие национальной сети отделений ядерной медицины. Но что самое главное, он стал символом дружбы и сотрудничества Южного Вьетнама и США. До марта 1975 года.
Никсон и Киссинджер приняли решение о выводе войск из Вьетнама – шестьсот тысяч американских солдат, морских пехотинцев и летчиков должны были в сжатые сроки покинуть страну. Вьетконг и регулярные части северовьетнамской армии спешили занять опустевшие американские базы, укрепления и вьетнамские города. За десять дней Сайгон был под завязку набит военными, и дела в американском посольстве, где в охране оставалось всего несколько морских пехотинцев, шли, выражаясь по-солдатски, через задницу. Огромная армада, стоявшая у берегов Вьетнама, готовилась вывезти последних дипломатов, работников посольства и охрану.
В разгар этой неразберихи – поспешного уничтожения документов, вывоза семей и договоров с вьетнамскими «помощниками», которые стремились унести ноги вместе с американцами, – в посольство заявились двое техников и робко напомнили, что далатский реактор продолжает работать и произвел очередную порцию плутония. Посол и военный советник отвлеклись на минуту от царящего вокруг бардака, наскоро посовещались и приказали вьетнамским техникам возвращаться в Далат и заглушить реактор. И, кроме того, привезти материалы для ядерного реактора, особенно плутоний, в Сайгон, чтобы его захватила с собой отплывающая армада.
Техники признались, что они бы и не против, но напомнили, если генерал и посол об этом подзабыли, что Далат сейчас занят войсками Вьетконга и СВА, к тому же все автомобильные и железные дороги к Сайгону контролируются врагами, а крошечный аэропорт в Далате давно захвачен солдатами северовьетнамской армии. Весь персонал, обслуживавший реактор, разбежался, и в настоящее время там никого нет, а реактор работает сам по себе.
