- Когда? - Серый по настоящему удивился. Несмотря на множество услышанных о себе сплетен всей истории он не знал.
- Ну, я уже не могу! - от смеха Грат повалился на стойку.
- Ладно, не приставайте к парню, - решил разрядить обстановку Нумар, - а ты, Серый, оставался бы пока в харчевне. Тебя же в Арзарум волки не гонят? Чего тебе там делать? Хоть и говорят, что деньги там на земле валяются, но поверь старику: трупов там валяется еще побольше. Особенно как шайки меж собой какие-нибудь сцепятся. Мой тебе совет: пока не заработаешь денег, в Арзарум даже не суйся. Через два дня у тебя первая зарплата. А вы не цепляйтесь к человеку, - обратился он к охранникам, - все, что хотел он уже рассказал. Если захочет - расскажет еще. Вот, кстати, и первый посетитель, пора работать.
Первым посетителем оказался купец из Валы. Он прибыл с караваном вчера вечером. За ним спускались два его охранника и пять погонщиков мулов. Вскоре появились остальные люди из его каравана. Такие купцы были основной клиентурой Нумара. В основном за их счет и существовали харчевни вдоль Релаумской дороги. Название контрабандисты подходило им гораздо больше. Караваны пробирались по опасной дороге вдоль Релаума, потому что предпочитали встречу с упырем свиданию с королевскими таможенниками Пикасто и Канавы. Иногда погибали целые караваны, но всегда находились все новые и новые авантюристы. Поэтому, хотя Релаумская дорога и была глухой окраиной, но забитой и мало оживленной её никак нельзя было назвать.
*
Серый все чаще всерьез задумывался о своей дальнейшей судьбе. После слов Нумара, что без денег никуда не податься, он понял, что ему действительно необходимо. Хорошая легенда, конечно, здорово, но без гроша в кармане он так и остался никем, что бы ни рассказывал. И что бы ни рассказывали о нем другие.
Но где взять деньги? Неизвестно как в Арзаруме, но на Релаумской дороге они точно не валяются, - печально размышлял Серый, протирая очередной стол. На заработки в харчевне много не накопишь. Судьба его оставалась по прежнему неопределенной.
*
Серый со Свитом как раз сидели возле стойки, когда пришлый бард сцепился с Фосером. Дракой вроде бы не пахло, но разговор шел на таких повышенных тонах, что слышно было, наверное, даже упырям в лесу.
- Фосэр, все это самообман. Тебя это просто не интересует, - запальчиво выкрикнул бард видно уже не в первый раз.
- Да ну что ты так кричишь, Итол? Нету просто времени, да и деньги нужны, - пробормотал примирительно сын корчмаря и с надеждой заглянул в свою кружку. Судя по скорченной им роже, пива там уже не было.
- Если бы ты действительно интересовался книгами, ты бы нашел и время, и деньги. И если бы тебя по настоящему интересовали науки, я бы встретил тебя не здесь, а в Арзарумском университете философии, - не унимался разгоряченный тримец.
- Все ведь не так просто. Отцу тоже может не нравиться его работа, но он же ради меня...
- Да ведь ты же несчастлив, тебе тоскливо и плохо - сам ведь жаловался!
- Но я должен помогать... - пытался оправдываться Фосэр.
- Я - никому, ничего, не должен. Я занимаюсь любимым делом, мне хватает и денег и времени на все, что мне необходимо. И повеселиться я успеваю тоже будь здоров. Просто надо знать чего ты действительно хочешь, и дело само тебя найдет. Повторяю: ты - не философ, тебе это не интересно и не нужно. Тебя интересуют деньги и спокойная, размеренная жизнь. Или нет... Ты просто сам не знаешь, чего хочешь. Важно чтобы ты понял это не очень поздно.
- А как же твои родители, ведь ты же их бросил?..
- Да, - твердо и уверенно ответил Итол.
- Я так не могу. Для меня моя семья очень важна. Ведь родители для меня делают все. Я просто обязан им помогать.
- Ни черта они не делают, если ты несчастлив.
- Это сейчас время такое...
- Втянешься - потом будет поздно. И начнешь калечить уже своих детей по образу и подобию... Твоему, и твоих родителей, и всех твоих предков до бог знает какого колена, - жестко процедил бард.
- Ты просто эгоист, Итол. Думаешь только о себе, - запальчиво выкрикнул Фосэр с обидой в голосе. - Если я не буду работать, мы вообще перестанем сводить концы с концами... У нас и долги, и... Ты же ничего не знаешь... и не понимаешь.
- Послушай, Фосэр, чем нравится заниматься твоей матери?
- Да ей все равно... Главное чтобы деньги на семью...
- Отлично, - в который раз перебил его Итол, - А отцу?
- Тоже. Я же говорю: они думают в первую очередь обо мне.
- Но тебе же паршиво, черт возьми! Что они себе об этом думают, а?
- Эгоист ты. Для тебя собственное я - главное, - пробормотал Фосэр и приложился к пустой кружке. Выпить, конечно, ничего не удалось, и он со злостью стукнул ею об стол.
- Значит я эгоист? Посмотрим, - не унимался Итол. - Во-первых, я счастлив, занимаюсь любимым делом и ко всему прочему у меня полно перспектив. Ведь если человек любит свою работу, то постепенно становится в ней профессионалом. А меня приглашают в Арзарумскую академию - это ведь кое-что. А мне лень оседать - побродить еще охота.
- Бродяга, - пробормотал Фосэр.
