Где-то на краю Темнолесья, почти у самых Сиреневых холмов, есть таинственное Волчье урочище. Путь туда лежит через опасный Пьяный лес, коварное Змеиное болото и гиблый Кабаний брод, где водятся страшные рясочники. Но смелый юный Фальгран решает добраться туда, чтобы разгадать тайну…
Отвратительные здесь места, недружелюбные. В Пьяном Лесу пошаливали вольные стрелки Вагарта Чернобородого, вдоль размытых осенними дождями дорог таились засады боевых монахов Ордена Святого Милда, а дружинники хагена Видолана, призванные наводить порядок в хагенате, сами не брезговали грабить одиноких путников. Пока Фальгран добрался от Халикорда до Змеиного Болота, он успел раз пять подраться. Последняя потасовка его особенно вымотала: шестеро монахов прекрасно владели боевыми посохами, и это едва не стоило юноше жизни. Лишь многолетний опыт поединков с несколькими противниками да верный меч, стоивший добрые три тысячи кестралей, сохранили ему жизнь.
Друзья из Халикорда правильно указали ориентир: у самого края Змеиного Болота стояла таверна «Утомлённый странник». Из распахнутых дверей доносились хмельные голоса, и аппетитно тянуло жареной олениной. Уставшему Фальграну страшно захотелось обогреться у очага, высушить дорожный плащ и задубевшую от влаги кожаную куртку, отведать нехитрой снеди. Да и дорогу нужно расспросить до Волчьего Урочища. Разумом Фальгран, конечно, понимал, что ему нужно избегать таких мест, потому как в паре сотен локтей отсюда — Пьяный Лес, и вольные стрелки обожают подобные заведения, но заморосивший унылый осенний дождь заставил принять путника окончательное решение. Фальгран соскочил с утомлённого Гедофала, отдав его в руки выбежавшего мальчика-служки, и, стряхнув дождевые капли с плаща, шагнул в таверну.
Когда глаза привыкли к полумраку таверны, Фальгран оглядел небольшой зал. В центре, сдвинув несколько столов вместе и свалив в кучу луки и колчаны, пировала шумная компания людей разбойничьего вида; на столах громоздились глиняные кружки и горы объедков. «Вот невезение, это ж люди Вагарта!», подумал Фальгран, узнав вольных стрелков по зелёным плащам. Стычки, скорее всего, не избежать, но покинуть таверну ещё хуже — сразу начнут преследовать. Вот скукотища-то!
В дальнем углу зала возле очага сидел, закутавшись в тёмный плащ и надвинув на глаза капюшон, подозрительный тип, похожий на хагенского сборщика налогов или шпиона. Его, казалось, не интересовала ни пирушка разбойников, ни появившийся в зале новый посетитель.
Увидев Фальграна толстяк, хозяин таверны, суеверно очертил полукруг указательным пальцем, отгоняя невидимых пелтов, которые, как известно, вечно увязываются за странниками и бродягами. Позванивая металлическими пластинами на кожаной куртке, Фальгран подошёл к толстяку, небрежно бросил на прилавок золотой кестраль и попросил жареного мяса и кружку эля — простой еды бродяг и странников. Сделав заказ, юноша занял стол возле очага, развесил на решётке плащ, а сам подсел поближе к огню. Приятное тепло очага навевало дремоту, но Фальгран не позволял себе расслабиться. С такой компанией по соседству не очень-то и расслабишься!
От пирующей братии отделился хромой плюгавый разбойник неопределённого возраста и, мерзко улыбаясь, подошёл к столику Фальграна. Даже Гедофал бы понял, что это — профессиональный забияка, посланный главарём шайки для того, чтобы раздуть ссору. Хромой уселся напротив юноши и уставился чуть ли не ему в рот.
— Грон велел делиться, верно? — спросил хромой и неприятно улыбнулся.
Фальгран не ответил, сделав вид, что поглощён созерцанием огня в очаге.
— Малый, дай пару кестралей, а? Мне на поправку здоровья, — ещё шире осклабился хромой, чуя за спиной своей мощную поддержку.
Юноша опять промолчал, усиленно соображая, не зацепит ли мечом низкий потолок таверны при стычке с ватагой.
— Молодой-то у нас жадный, как пелт! — обернувшись, пожаловался хромой своим собратьям.
Вся компания разом поднялась и направилась к Фальграну. Ватагу возглавлял рослый чернобородый стрелок. «Видимо, довелось мне познакомиться с самим Вагартом», лениво подумал Фальгран.
— Ты почему такой прижимистый, юнец? — высокомерно спросил Вагарт. — Обижаешь отказом калеку… Вольные стрелки всегда встают на защиту слабых и обездоленных. В нашем хагенате никто не смеет обижать убогих!
А Фальгран в это время прикидывал реальную силу многочисленного противника. «Человек десять, не беда. Большинство вооружены плохо: булавы, кистени, ножи. Стрелки привыкли драться на воле, в лесу, в тесном помещении они будут только мешать друг другу».
— А ты разговорчивый, юнец, клянусь Святым Милдом! — захохотал Чернобородый. — Ну-ка, братцы, расчистите место! Побыстрее, пелты полосатые! Оратор из него никудышный; посмотрю, какой он боец…
Стрелки мигом отодвинули к стенам столы и расступились, образовав полукруг; трюк старый: если вдруг будет побеждать Фальгран, то они всем гуртом навалятся на него со всех сторон. Хозяин таверны привычно отбежал в угол и спрятался между винными бочками. «Драки не избежать! — расстроился юноша, — Вот ведь тоска зелёная!»
