- Это традиционная ньямарангская хижина, — сообщила я, осматриваясь. — В таких жило большинство крестьян, благо здешний климат не требует капитальных утепленных построек. Обычно в ньямарангских хижинах гораздо уютнее, просто… мангры.
А еще — не бедность даже, а нищета. Когда у хозяев опускаются руки и уже не верится, что что-то можно исправить, приложив усилия. Ведь вязанки ароматных трав, которые обычно развешивали по углам женщины в общинах коренного населения, не стоили ничего, а циновки на земляной пол умели плести даже дети — причем из подручных материалов, которые, опять же, не нужно было покупать. Простенькие шторы-скатки из тонких веточек, хорошая стирка для «постели» — и здесь было бы уже не так уныло, но Нарит, похоже, предпочитала иные способы не замечать окружающую серость.
Закопченные колбы для варки ориума валялись прямо под ветхой простыней. Ими пользовались очень часто.
- А это что? — Джейден бесстрашно сунулся в самый темный угол и протянул руку к балке.
Балка отозвалась разъяренным шипением. В темноте что-то задвигалось.
- Замри!
Мы с кошкой бросились наперерез. Я успела первой — и еще успела разглядеть длинное черное тело, обвившееся вокруг балки, прежде чем змея совершила молниеносный бросок.
- Марион!
Массивная голова с раззявленной пастью ударилась о расправленную перед моим носом простыню. Изогнутые клыки с легкостью пробили ветхую ткань, оставив на ней пару едва заметных пятнышек яда, но змея на этом не успокоилась, мгновенно приняв стойку. А Джейден вдобавок не придумал ничего лучше, чем запоздало задвинуть меня себе за спину — вместе с простыней, разумеется!
- Не двигайся, — сквозь зубы велела я, — никаких резких движений!
Змея оказалась огромной: приплюснутое с боков тело свернулось кольцами, но даже так ее голова, поднятая в оборонительной стойке, очутилась на уровне середины бедра Джейдена. Кроме того, она была очень старой: узкие желтые полоски, обычно выдающие молодых мангровых бойг, выцвели, и чешуя стала почти равномерно черной. Серо-зеленые глаза неотрывно следили за Джейденом — и потому, должно быть, пропустили тот момент, когда вперед уверенно вышла кошка-рыболов.
Я первой нарушила собственное требование, в испуге зажав рукой рот.
Змея покачнула головой, выстрелила трепещущим языком в воздух и гибко обернулась петлей вокруг кошки, не отрывая от нее гипнотизирующего взгляда. Джейден потянул у меня из рук простыню. Я не стала возражать. Что угодно, только уберите эту тварь от моей кошки!
- Как думаешь, это Нарит ее запустила? — поинтересовался Джейден, примериваясь, — и застыл.
Потому что в тот момент, когда прозвучало имя покойной предсказательницы, змея вдруг резко обернулась, позабыв про бесстрашного фамилиара, замерла на мгновение — и деловито поползла к нам, извиваясь всем телом. Щекастая голова приподнималась медленно, то и дело выстреливая в воздух раздвоенным языком. Джейден невольно подался назад, словно еще надеялся уклониться от любопытствующей змеи, но так и не позволил мне загородить его собой.
А змея плавно подалась вперед и обернулась петлей вокруг его талии, сминая легкомысленно тонкую рубашку. Джейден дернулся всем телом, попытался ухватиться за этот импровизированный живой пояс, но змея гибко выскользнула из его пальцев, взобралась по плечу — и уставилась глаза в глаза, неподвижная и бесшумная, словно изваянная из морского базальта.
А потом вдруг потеряла интерес и, оставив обездвиженного шоком мужчину в покое, переползла на меня.
Массивное черное тело оказалось вовсе не скользким и не таким уж и холодным, как можно было подумать. Зато взгляд… наверное, я подсознательно ожидала чего-то в этом роде с того самого момента, когда познакомилась с Нарит поближе.
У покойной предсказательницы глаза были черными, как у большинства ньямарангцев. У змеи — серо-зелеными, как выцветшая болотная поросль. Но вот взгляд у них был одинаковым — чуть помутненным, устремленным куда-то сквозь визави, словно они обе видели больше, чем просто утомленную и испуганную женщину, впутавшуюся в большие игры власть имущих.
Фамилиар. Просто еще один фамилиар — только вот оставшийся без хозяйки. Но разве Нарит не возмущалась, что только вайтонка может вырвать у себя часть дара?
Или же ей кто-то «помог» против ее воли, и потому-то она была так зла на меня — видела во мне отражение чуждой силы, которая оказалась больше, чем ее собственная? Я могла только гадать, — а заниматься нужно было вовсе не этим.
Джейден уже примерялся к змее простыней. Кошка ревниво дергала кончиком хвоста, словно хотела его подзадорить.
- Стой, — тихо сказала я, не двигаясь. — Она нас не тронет.
Джейден одарил нас со змеей скептическим взглядом. Гибкое черное тело обвивалось вокруг меня живым кольцом, длинный хвост плавно подтягивался к коленям, наматываясь во второй оборот, — а голова упрямо держалась на уровне моего лица. Темно-серый язык трепетал в воздухе, чудом не задевая мой нос.
