— Я договорился, — продолжала я. — Если мы победим в традиционной игре, в Яйце Дракона, то они возьмут нас с собой.
— Не понимаю, что с тобой не так, — выдохнул Рон. — Ты тоже Дракон, да с обрезанными крыльями, но тебе бы тоже хватило сил обратиться в ящерицу. Мы сильнее. Его дочь-девчонка, девчонки не обращаются, мы бы победили.
Справедливо. Я же притворяюсь Пилливом, и по легенде тоже умею обращаться. И какое объяснение мне придумать, чтобы не вызвать подозрений? Ответ пришел в голову неожиданно и быстро.
— Я не захотел, — сказала я самым наглым голосом.
— Что?
— Не захотел. У нас с этой семьей одни цели и один путь. Не понимаю, зачем прибегать к насилию, когда можно просто договориться.
— Нельзя, — тут Рон чуть заметно зарычал. — Люди не договариваются. Имеет значение только сила, кудрявый! Лишь она! Сильный побеждает слабого, и никак иначе.
— Тяжело же тебе живется с такой философией. Всех считаешь врагами.
— Понял-понял! — оскалился Рон. — Дело в том, что ты мелкий недоумок не научился нормально превращаться, вот и заладил эту чушь про договориться, — хохотнул. — Я должен был понять…
К нам приближалась Мия. Девушка неловко улыбалась и держала в руках баночку с желтой жидкостью.
— Меня послал отец, — смущенно сказала она, бросая короткий взгляд в мою сторону. — Папа хотел, чтобы я принесла мази для… — бросила взгляд на Рона, — мази для него.
— Спасибо, Мия, — кивнула я.
— Я это делаю потому, что… Он же болен, а больных надо жалеть.
— Болен? — смутился Рон.
— Твой друг Пиллив нам все рассказал, — продолжала Мия, — и про неконтролируемые вспышки агрессии, и про смерть родителей.
Рон повернул голову на меня.
— Какое ты имел право? — заговорил он нарочито спокойным тоном.
— И рассказал, что из-за этого тебя частенько избивают, — все говорила Мия, — так что отец решил все-таки помочь. Крови-то сколько было.
— Избивают? — прошептал Рон одними губами, не отрывая от меня лица.
Я не могла определиться с его эмоциями. То ли он злится, то ли смеется… Возможно и то, и другое.
— Передай благодарности своему отцу, — сказала я, забирая банку.
— Да не за что, еще он просил передать, что состязание будет завтра на закате.
— Спасибо. Иди.
И Мия, бросив еще один неловкой взгляд на меня, пошла к костру, туда, где сидел ее внимательный отец.
— И что это было? — Рон чуть наклонился к моему лицу. Опасно близко.
Сердце предательски ускорилось. Ладно, к драконам все!
— Это было мое решение, которое спасло нам обоим жизнь, — ответила я, отодвигаясь от него.
— Ты выдал меня за слабака, — хохотнул. — Нет-нет, за больного слабака.
— Именно так, — я подняла голову выше. — И ты будешь притворяться таковым, если хочешь попасть в Проклятые Горы.
— Какой же ты самоуверенный, кудрявый.
Рон придвинулся ближе, взял меня за глотку. Это уже начинало надоедать. Зачем каждый раз за горло хватать?
— Ты чуть не убил меня, потом унизил, — продолжал Рон. — Обычно я такое не спускаю с рук.
— Как с тобой сложно, — прохрипела я. — Зачем сам себе создаешь проблемы? Можно идти простым путем, но ты специально подыскиваешь дорожку посложнее и порискованнее!
— Сразу видно, ты никогда не сидел в тюрьме.
— Сразу видно, ты сидел!
— Ты ничего об этом не знаешь, — прорычал Рон.
— Знаю, что ты заслужил!
Ах, мой язык! Сердце колотилось, как безумное. Я сказала «заслужил?». Заслужил?!
— Нет-нет, я помнил тебя другим, — продолжала я примирительным тоном. — Ты был славным парнем, готовым помочь и сказать доброе слово. Рядом с тобой было спокойно и весело.
— Я предупреждал, что тот Рон мертв. Ты сам решил идти за мной.
— Потому что у меня нет выбора. Потому что я в отчаянии.
Рон отпустил мою шею и сел, зажмурившись.
— Голова болит, — пробормотал он.
А у меня шея, но пришлось проглотить замечание и постараться сделать голос спокойным.
— Пройдет к утру, — сказала я.
— Ты хоть умеешь играть в Яйцо Дракона?
— Умею, — и поспешила добавить. — Мы должны победить, но тебе нельзя выдать, что ты хорошо играешь и дерешься. Так что нападающим буду я, а ты стой в защите.
— Э, нет! — Рон открыл глаза и посмотрел на меня строго. — Какой из тебя нападающий? Я даже не знаю, как ты играешь!
— Поверь, ты будешь приятно удивлен. Я всегда играл за нападающего.
— И я всегда играл за нападающего.
И мы с Роном всегда играли друг против друга. Яйцо Дракона была нашей любимой игрой детства. Мы собирались несколькими домами и играли. Команда Рона против моей. Столько азарта, столько страсти, столько игры! Мы отбирали друг у друга это несчастное яйцо и успевали обменяться колкостями, мы валили друг друга на землю и строили ловушки. Мы были лучшими, но каждый в своей команде.
— Нет-нет, — сказал Рон голосом того прежнего Рона. — Я лучший нападающий.
— Кто ж спорит, — ответила я насмешливо. — Но мы не можем выдать твоих способностей, поэтому поиграешь в защите.
