Я громко рассмеялась в голос и замотала головой.
– То есть ты мне не веришь?! Думаешь, я все выдумываю, чтобы избавиться от твоей тетки?!
Он не ответил и молчание затянулось. А это значило одно – я права в суждениях.
– Даже забавно, – протянула на выдохе и склонила голову набок, предвзято разглядывая бывшего мужа. – Мне поверили все, кому я рассказала эту историю, но не ты. Не тот мужчина, который только что жарко признавался мне в любви. Разве не странно?
– Нужны доказательства, Амели, – раздраженно ответил дракон.
– Что же ты не требовал доказательств, когда меня беременную из дома вышвыривал?! – ядовито прошипела сквозь ухмылку.
– Прости меня, – провел он горячими пальцами по ожерелью на моей шее. По тому самому ожерелью, которое подарил мне Элиас. Я и сама потянула руку к драгоценным камням, вспоминая тот волшебный вечер в башне. Волшебный и роковой. Лучше бы я никогда больше не встречала Харона на своем пути! – Что мне сделать, чтобы ты простила и осталась со мной? – как и в тот день, когда он впервые увидел сына, глаза дракона наполнились слезами. И я бы с радостью ответила ему на этот вопрос честно, но он просил невозможного. Я еще не готова простить. Возможно, никогда не буду готова.
– Отдай мне сына. Я завтра же привезу его к тебе в поместье и вы сможете погулять. Не забирай у меня силой ребенка. Умоляю. Я ведь мать и люблю его больше всего на свете, – заключила я лицо Харона в ладони и погладила кончиками пальцев по щетине, а потом запустила руку в его черные волосы, с надеждой посмотрела в глаза. Может, его сердце не очерствело? Вдруг мы и правда сумеем договориться?
Он закивал и слеза сорвалась с его густых ресниц, окропила мою руку теплой влагой. Я и сама готова была разрыдаться, но сдержалась.
– Подари мне эту ночь, Амели. Дай шанс. Если утром решишь уехать, я отпущу, – и вот снова он выдвинул свои условия, даже не понимая, что это лишь все портит.
Я знала, что у меня сейчас нет выбора. Грейсона нужно вывести из поместья, чтобы спрятать. А Харон пусть думает, что у него есть шанс.
– Хорошо. Я останусь, – сорвалось с моих губ то, что он хотел услышать.
Супружеские покои ничуть за эти годы не изменились, но ощущалось присутствие другой женщины, от чего тошнота подкатывала к горлу. Я бы и в страшном сне не представила, что когда-то почувствую себя грязной любовницей! А Харон жаждал близости. Зажигал свечи в канделябрах, пока я сидела у камина. Мне хотелось заглушить чувства и прогнать тревожные мысли, но образ красивого адмирала заполнял все мое сознание. Я видела его обворожительную улыбку, искрящиеся сизые глаза и идеальный профиль на фоне бесконечного звездного неба. Это с ним я могла бы сейчас делить покои. Это с ним я должна была сидеть у камина и обсуждать наше будущее. Но реальность диктовала свои условия. Мой взгляд постоянно падал на Харона, чью наготу скрывал лишь шелковый черный халат с золотой оторочкой. Я же продолжала сидеть в своем дорогом зеленом платье, которое выбрала для меня Алетта специально для поездки на разговор с родителями Элиаса. Беспрестанно трогала ожерелье, подаренное адмиралом, гладила блестящие камни и смотрела на огонь, облизывая сладкие от выпитого вина губы.
– Помнишь, как мы мечтали о ребенке? – раздался за спиной томный голос дракона.
Я много чего помнила! Особенно тот день, когда под давлением подписывала соглашение о расторжении брака, находясь в инвалидном кресле.
– Какое чудо… Наш Ксандер… – опустил он руки мне на плечи.
Я улыбалась, а на самом деле хотелось придушить эту сволочь! Ксандер! Никогда! Святая бочка! Никогда я не сменю имя своему сыну!
– Я любуюсь тобой, Амели. Твои волосы, глаза, талия… Совершенство! – обошел он кресло, в котором я сидела, и заслонил собой камин. Окинул меня жадным взглядом. – Знаешь, Элиас тебя не достоин. Пустой и никчемный. Вояка. Не думаю, что он вернется из Роунта, – у меня такой холодный ком к горлу подкатил после этих слов, что сглотнуть не сумела. Закашлялась. Во все глаза уставилась на бывшего мужа.
– Это ты его послал в Роунт? – вопрос прозвучал утвердительно.
– Да, – ухмыльнулся Харон. – Послал. По приказу императора, – пожал он наигранно невинно плечами, а в черных глазах заплясали красные искры азарта. – Будем надеяться, что Роунт сочтет оскорблением то, что с парламентером прибыл военный отряд под предводительством адмирала Вокса.
– Он же твой друг! – опешила я и вскочила с места, когда Харон начал приближаться.
Я попятилась назад ближе к выходу.
– Нет у меня друзей, Амели, – медленно пошел на меня Харон.
Я в который раз удостоверилась, что он ничуть не изменился. Только хуже стал с годами.
– Как же это подло! – выкрикнула я в сердцах. – Но ничуть не удивительно! Вы с Шаэлой из одного теста! – зла не хватало. Я стиснула кулаки и замотала головой.
– Какая разница? Ты никогда с ним не будешь, пока я живу на этом свете!
Я столкнулась спиной со стеной и ощутила себя в ловушке, когда Харон навис сверху, перекрыв руками мне пути отхода.