– Нам пора вернуться в строй, – сказал Абба, доставая пачку сигарет “Галуаз”. – Ты не почувствовал, что тобой недовольны?
– Это было твое решение. Ты нашел человека, через которого тогда ушла информация? – Кобра выпил свое вино залпом, ухмыльнулся, наполнил стакан. – В жару и вино можно пить как угодно.
– Не буду хитрить, я не обнаружил канал утечки, но от русских поступило заманчивое предложение. Ты знаешь, что у них в декабре выборы в парламент?
– В Думу, – поправил Кобра. – Знаю, я читаю русские газеты.
– Тебя интересуют политические нюансы или только существо дела? – спросил Абба.
– Когда работаешь в России, лучше знать все, – ответил Кобра.
– Ты не работал в России.
– Я там родился, рассказывай.
– В определенных кругах крайне недовольны дружбой Клинтона с царем Борисом. Не волнуйся, тебе никто не поручит убивать русского Президента.
– Не смешно. Скажи еще, что мне не прикажут сбросить вторую атомную бомбу на Хиросиму.
– Ты всегда трезво оценивал свои возможности.
– Потому и жив, в отличие от некоторых, которые не прислушивались к моим предостережениям.
– Да-да, я помню. – Абба закурил крепкую сигарету.
Кобра отметил, что учитель сильно сдал, пальцы у него слегка дрожат, и подумал: все в мире преходяще. С этим человеком пора завязывать. Надо искать нового хозяина.
– Так чего хотят русские? – удивленно спросил Кобра. – У них своих специалистов предостаточно.
– Они желают провести теракт, который потряс бы избирателей, оттолкнул бы людей от сегодняшних правителей.
– Смеетесь? Вы русские газеты читаете? В Москве взрывают и стреляют, как в Грозном, ежедневно, и никого это не колышет.
– Вот именно, а надо взорвать так, чтобы всколыхнуло. – Абба выдержал паузу. – Два миллиона, ты сможешь больше нигде не работать.
– Что взрывать? – сопротивлялся Кобра, уже просчитывая варианты, понимая, что второго подобного предложения не дождется. – Кремль? Храм Василия Блаженного?
– Ты русский, тебе виднее. Такую акцию способен совершить только ты. Пятнадцать лет назад, там, на горной дороге, я оставил тебя в живых, чувствовал, такой день придет. Акция должна быть абсолютно бессмысленной и максимально жестокой.
– Это можно. – Кобра вспомнил ЦУМ, плотную толчею у прилавков, тележки с мороженым. – Абба, ты с начальством не поладил, случаем, не сдурел на старости лет?
– Я не камикадзе, они нас не то чтобы подставляют, но на безопасность нашу плюют. Поручить ликвидацию да заплатить всегда готовы. Не то что тебя, меня больше двадцати лет лишь как наемника используют, а в штат не берут, на случай провала страхуются. Я со своими людьми как бы ничейный, нас нет ни в одном компьютере. Ни ЦРУ, ни МОССАД, ни другие спецслужбы нас за своих не признают. Киллер, выполнив задание, пистолет или винтовку бросает, чтобы и тонюсенькая ниточка к нему не вела.
– Оно и к лучшему, что нас в их компьютерах нет, – сказал Кобра, допил вино, махнул хозяину, чтобы принесли новую бутылку. – Потому и живы долго, в любой компьютер можно заглянуть.
В который уже раз за долгое время совместной работы Абба подумал: а все ли в порядке с головой у русского агента? Что жизнь человеческую он в грош не ставит, таких Абба встречал, но парень вообще живет вне времени и пространства.
Бармен сменил пепельницу и бутылку и так же бесшумно удалился за стойку. В баре было тихо, сумеречно и прохладно, шумный, яркий мир, казалось, находится не за тяжелыми деревянными дверями, а за тысячи миль или лет. А может, это они, двое внешне обычных, цивилизованных мужчин, одиноко витают в космосе, а живой, горячий мир крутится в неведомом далеко?
– Абба, я никогда не интересовался, откуда ты родом? – неожиданно спросил Кобра.
– Не помню, у нас ведь нет национальности.
– Не болтай ногами, я-то русский! – возмутился Кобра.
– Да какой ты, к черту, русский? – Абба усмехнулся. – Я тебя так зову по привычке. И потому, что русский язык – единственный, на котором ты говоришь свободно. Ты берешься за дело в Москве?
– С русских деньги только авансом, – сказал Кобра. – Они недавно меня финансово подставили, почти разорили.
– Практически я переговоры провел, нужно послать подтверждение, они пришлют человека, с которым ты оговоришь детали. Ты прав, оплата вперед, но главное, чтобы они обеспечили тебя в Москве материалом. – Абба имел в виду взрывчатку, которую невозможно было провезти через границу и таможни.
– Я уже примерно определил объект, необходимо осмотреть, решить, сколько понадобится материала, как его разместить. Но, главное в Москве, где жить?
– Сейчас в Москве тысячи иностранцев.
– И тысячи гэбэшников, – усмехнулся Кобра. – Ты этот город не знаешь. Впрочем, в Москве, как и везде, гостиница зависит от окраски клиента, – ответил Кобра.
– В России сегодня, если заплатишь, тебе танк в Москву пригонят. И вообще сейчас там ситуация для теракта крайне благоприятная. Чечня неоднократно угрожала Москве, – сказал Абба.
Кобра презрительно улыбнулся, спросил:
– С кем ты вел переговоры, о чем?
