Столь значительные силы, сконцентрированные севернее Полесья в полосе предполагаемого наступления армий Западного фронта, были необходимы ввиду чрезвычайно сильного укрепления германцами своих тыловых позиций. Дело в том, что, как замечалось разведывательным управлением штаба Западного фронта в 1917 г. (для 1916 г. это также было верно), система германского сплошного фронта, в случае ее прорыва, должна была рухнуть вся разом. Причина этого – в чрезвычайной взаимозависимости расположения войск, инфраструктуры и тылового обеспечения германских групп армий на востоке. Русская разведка отмечала, что «подъездные пути паровой и конной тяги в полосе ближнего тыла получили у немцев чрезвычайное развитие. Эти подъездные пути играют громадную роль в деле снабжения германских армий, заменяя собою обозы и транспорты, число которых, особенно пользующихся конной тягой, сокращено до минимума из-за недостатка в лошадях. В последнее время замечалось большое сокращение и автомобильных транспортов, около половины которых отобраны у действующих на русском фронте частей и переданы во вновь сформированные германские дивизии. Такая организация снабжения, несомненно, привязывает немцев к занимаемым ныне позициям, ставя их в очень тяжелое положение в случае отступления»[195].
В условиях разворачивающейся Битвы за Верден и подготовки англо-французами большого наступления на Сомме, согласно договоренностям в Шантильи по поводу действий союзных армий Тройственного согласия в кампании 1916 г., немцы не могли позволить русским прорвать свой фронт. В таком случае им пришлось бы без боя отступать с большинства участков, дабы не быть обойденными с флангов на перспективу окружения и последующего уничтожения в «котлах». Сильных резервов на востоке у немцев не было, а потому решительный прорыв русских армий хотя бы на одном-единственном важнейшем стратегическом направлении в полосе Западного фронта – свенцянском, виленском, гродненском или брестском – означал, что тщательно отстраивавшаяся германцами оборона должна с неизбежностью рухнуть.
Исходя из этого, и нисколько не отрицая вовсе возможность успеха русского удара, немцы отстроили в тылу своего фронта ряд оборонительных линий, в основном представлявших собой (каждая линия) 2 ряда окопов с 5–10 рядами колючей проволоки, усиленных пулеметными точками, артиллерийскими батареями и минометными постами:
– от местечка Мосты (южнее Немана) до Ковеля на 260 верст,
– на правом берегу Нарева от Ломжи до Остроленки, причем сплошная укрепленная полоса тянулась на 45 верст,
– правый берег Буга от Брест-Литовска до Холма общей протяженностью в 100 верст.
Русские крепости, сданные в 1915 г., не были восстановлены в полном масштабе, однако их восточные укрепления были приведены в сравнительный порядок, дабы сдержать русское наступление по мере возможности. Очевидно, в случае обхода крепостных районов наступающими русскими войсками предполагалось бросать крепости, а не оставлять в них заведомо обреченные на сдачу гарнизоны. На всех переправах через реки были возведены предмостные укрепления, причем в ключевых местах строились мощные тет-де-поны, способные обеспечить плацдарм для значительных сил.
Чрезвычайное развитие получило укрепление театра военных действий железными дорогами. За первые 20 месяцев войны, то есть как раз к началу летней кампании 1916 г., на Восточном фронте германские железнодорожные войска провели следующую работу:
– построили 1,1 тыс. км новых железных дорог,
– перешили на европейскую колею или восстановили свыше 7,5 тыс. км дорог,
– построили более 17,6 тыс. метров новых мостов,
– восстановили 17,7 тыс. метров разрушенных мостов[196].
Все русские железные дороги на захваченной немцами территории были перешиты по германскому образцу, однако шпалы оставлялись прежние, что облегчало для русской стороны в случае успеха предстоящего прорыва перешивку железнодорожных колей. Были перестроены в две колеи такие одноколейки как Белосток – Граево – Лык и Калиш – Лодзь – Колюшки. В течение 1916 г. строились новые железные дороги, для связи русской железнодорожной сети с Восточной Пруссией: Шавли – Тауроген – Тильзит, Ковно – Россиены – Тильзит, Сувалки – Маркграбово, Остроленка – Вилленберг. Для увеличения плотности сети строились линии Поневеж – Ковно, Мосты – Слоним – Доманово, и целая железнодорожная сеть южнее Люблина.
Вдоль всего фронта проводилась (строительство окончательно завершено к началу 1917 г.) магистральная железнодорожная линия, от которой и на восток (к оборонительной полосе фронта), и на запад (к станциям снабжения) тянулись узкоколейные ответвления (частично, на конной тяге). Кроме того, были восстановлены все важнейшие русские шоссе, а на ряде участков проведены новые. Все это добро, как предвоенное русское, так и улучшенное в годы войны германское, в 1919 г. достанется независимой Польше.
