— Верно, — кивнула красавица-менеджер. — Стоить они могли не больше двадцати талеров за штуку и должны были быть поставлены в Восточную столицу в течение недели. Как нам объяснили, это срочно, потому что ожидаются катаклизмы, которые могут вызвать сход самолетов с маршрута. Насколько мы поняли, так и произошло.
Члены комиссии кивнули и что-то пометили себе в планшетах. А инженер продолжил:
— Создать что-то с нуля в такие сроки нереально. Поэтому мы взяли имеющиеся устройства, которые мы отгружаем фермерам, и лишь немного их подправили. Оригинал наблюдает за полями и передает изображение на камеру. Поскольку они дешевые, у них заблокирована возможность перемещения на большие расстояния, чтобы они не улетали по собственной инициативе, и чтобы их не угоняли. Но конфигурация оставлена открытой, чтобы, если у хозяина возникнут другие потребности, он мог бы в местном сервисе это поправить. Например, можно отдельно залить туда учет погодных условий, чтобы дрон прятался от дождя, либо контроль за перемещением диких животных. Мы и сами можем установить этот функционал, но за дополнительные деньги. Обычно заказчики разбираются с этим сами.
Комиссия отметила и это, и уставилась на инженера, ожидая продолжения. И оно последовало.
— Мы подготовили устройства к отгрузке, после чего поступила команда очистить управляющие кристаллы. Потому что ваши люди сказали, что будут ставить начинку сами. Мы так и сделали. Поэтому устройства были подготовлены к приему совершенно определенных инструкций. И да, они не были закрыты, чтобы вам не возиться с разблокировкой.
Председатель комиссии вздохнул.
— Ладно. Ясно. Вероятно нам всем предстоит еще внести доработки в этот проект. Но, по крайней мере, понятно, как это вышло. Ченсо, Самия, коллеги, большое всем спасибо. На этом мы вас оставим, спасибо за помощь.
Самия и секретарь встали, чтобы проводить гостей, и проследовали к выходу. Инженер вздохнул и тоже встал.
— Подожди, — обратился к нему заместитель директора.
Ченсо грузно сел обратно и выжидательно уставился на начальство.
— Мы действительно сделали такое говно?
— Шеф, мы еще и не такое можем, — усмехнулся инженер в усы.
— Мне просто хотелось знать.
Инженер широко улыбнулся. Замдиректора ответил ему не менее широкой улыбкой.
В самолете было прохладно, народ погрузился в свои планшеты, только за соседним креслом маленькая девочка собирала какой-то затейливый конструктор из пуговиц и кусочков ткани. Я глянул туда: через некоторое количество попыток у нее получилась большая лоскутная сова. Прикольно! Не видел еще такого. Мама похвалила ее и протянула ей планшет, видимо, между ними был некий договор о пользовании гаджетами, но девочка мотнула головой, разобрала сову, стянула с себя покрытую пуговицами панамку и принялась собирать из них нечто новое.
Я подумал, что в каком-то смысле нахожусь в похожем положении. Когда я отказался учиться дальше, отец предложил два варианта: поступить к нему в контору или добывать корм самому. Я предпочел второе и собирал свою сову до упора, пока она не сточилась силами Таджей. Вообще ощущение было необычайно странным: неделю назад я сидел на берегу, пил потеплевшее пиво из сломанного холодильника и лениво обдумывал возможность открытия мастерской в городе. А теперь я почти студент, возвращаюсь в родной город и иду в университет.
Хотя решение ехать я принял до того, как узнал, как Скиф слил налево наши наработки, именно тогда оборвалась последняя нитка, связывающая меня с побережьем. Было немного неловко перед Тилем, но в целом я понимал, что ту страницу я перевернул, и назад хода нет. В детстве мне несколько раз снился сон, что я читаю старую бумажную книгу с картинками, но она листается только вперед, а при попытке вернуться к началу, обнаруживаются только пустые страницы. Как будто историю можно прочесть только один раз.
Ни в Улан-Баторе, ни в Самаре никто мной не заинтересовался. Наверное, проблема с дроном рассосалась как-то сама, я выкинул эту тему из головы. На пересадке мне все равно было нечего делать, я залез в свой планшет. Программы я выбрал, теперь надо было подумать, на что я буду жить во время учебы. Ну и Тилю можно будет написать.
Первое, что я увидел, было сообщение от Лисиного брата:
Баклан: Риц, привет, я Баклан! Мне Лиса дала твой контакт. Я тоже поступаю. Скажи, ты в каком году школу закончил?
Я ответил.
Риц: Привет, в 2016
Ответное сообщение не замедлило себя ждать.
Баклан: Я в 2017, но тут все едино. Ты новости слышал?
Через десяток сообщений я разобрался, что произошло. Два дня назад все университеты в едином порыве поменяли срок годности школьных экзаменов, и я остался за бортом. Как и Баклан. Как и целая куча народа, которая сейчас летела, ехала и плыла в сторону университетов. Вариант вернуться я даже рассматривать не стал. Когда меня куда-то не пускают, я сразу понимаю, что мне туда надо. Но кто же так делает?
